Калле Блюмквист - сыщик

Ева-Лотта дала каждому по булке. Друзья молча съели их и запили хлеб водой из ковша.

Потом взялись за руки и начали свой поход. Калле шел впереди и светил фонариком.

Как раз в этот момент около городского полицейского участка остановился автомобиль. Двое полицейских вышли из него и торопливо прошли в участок, где их встретил Бьорк. Он явно был удивлен неожиданным визитом. Приезжие представились: комиссар Стенберг, полицейский Сантессон из стокгольмской уголовной полиции. Затем комиссар поспешно спросил:

- Вы не знаете здесь в городе частного сыщика, по фамилии Блюмквист?

- Частный сыщик Блюмквист? - Бьорк покачал головой. - Никогда не слыхал!

- Странно, - удивился комиссар. - Он живет на Большой улице, четырнадцать. Вот, смотрите!

Стенберг вынул письмо и протянул его Бьорку. Будь при этом Калле, он сразу узнал бы этот листок.

Вверху стояло: "Стокгольм, в уголовную полицию".

Внизу подпись: "Карл Блюмквист, частный сыщик".

Бьорк расхохотался.

- Да ведь это мой дружок Калле Блюмквист. Частный сыщик, скажи пожалуйста! Да ему лет тринадцать, этому частному сыщику!

- Но чем же вы объясните, что он прислал нам отпечаток пальца, точно совпадающий с тем, который мы обнаружили в июне на Банергатан? Слыхали, наверное, - крупная кража драгоценностей? Чей это отпечаток? Сейчас нас это интересует больше всего. Это наша единственная нить. У нас нет никаких сомнений, что грабителей было несколько: одному не под силу сдвинуть с места тяжеленный сейф. Но только один из них оставил отпечатки пальцев. Остальные, очевидно, были в перчатках.

Бьорк задумался. Он припомнил осторожные расспросы Калле, когда они встретились на днях на площади: "Что надо делать, когда знаешь, что человек - преступник, а доказать не можешь?" Выходит, Калле Блюмквист каким-то образом напал на след грабителей!

- По-моему, нам остается только пойти к Калле и спросить его самого.

- Да, и как можно скорее, - подхватил комиссар и скомандовал: - Большая улица, четырнадцать!

- Есть Большая улица четырнадцать! - сказал полицейский и сел за руль.

И машина умчалась.

Алые розы изнывали от скуки. Что это еще за новая мода у Белых - ни с того ни с сего заключать мир, когда война началась так многообещающе! Чем это они так заняты, что добровольно отказываются от такого удовольствия?

- По-моему, нам надо пойти пооскорблять их немного, - предложил Сикстен, - может, они образумятся.

Бенка и Йонте ничего не имели против. Но в штабе Белых роз было тихо и пусто.

- Где их нелегкая носит? - удивился Йонте.

- Подождем, - сказал Сикстен. - Когда-нибудь же они вернутся.

И Алые розы удобно расположились на чердаке. Они обнаружили множество старых журналов, которыми Белые розы развлекались в плохую погоду. Нашлись также шахматы и роскошный стол для игры в пинг-понг. Словом, в развлечениях недостатка не было.

- А у них шикарный штаб, - заметил Бенка.

- Да-а, - отозвался Сикстен. - Эх, если бы и у меня в гараже поместился стол для пинг-понга!

Они играли в пинг-понг, съезжали по веревке и влезали обратно, рассматривали картинки в журналах, и их ничуть не беспокоило, что Белые розы блистают своим отсутствием.

Сикстен стоял у открытого люка, держась за веревку. В это время в саду показался человек. "Вон идет тот тип, родственник Евы-Лотты... как его там... дядя Эйнар. Жуть, до чего торопится", - подумал он. Дядя Эйнар посмотрел наверх, увидел Сикстена и вздрогнул.

- Tы ищешь Еву-Лотту? - спросил он через секунду.

- Да, - ответил Сикстен. - Вы не знаете, где она?

- Не знаю.

- Жалко, - сказал Сикстен и съехал вниз по веревке. Дядя Эйнар просиял.

Сикстен полез обратно.

- Tы опять наверх? - спросил дядя Эйнар.

- Ага, - подтвердил Сикстен и проворно полез дальше. Сразу было видно, что у него пятерка по физкультуре.

- А что ты там будешь делать? - спросил дядя Эйнар.

- Ждать Еву-Лотту.

Дядя Эйнар немного походил взад и вперед.

- Я теперь припоминаю: Ева-Лотта с ребятами собиралась куда-то на прогулку. Они раньше вечера не вернутся! - крикнул он Сикстену.

- Жалко, - сказал Сикстен и съехал вниз.

Дядя Эйнар просиял.

Сикстен полез обратно.

- Tы что, не слышал, что я сказал? - Дядя Эйнар начинал нервничать. - Евы-Лотты не будет дома целый день!

- Жалко, - сказал Сикстен. - Очень жалко.

И полез дальше.

- Что же ты там будешь делать? - спросил дядя Эйнар.

- Смотреть картинки, - ответил Сикстен.

Tеперь дядя Эйнар уже не сиял. Он нетерпеливо шагал взад и вперед.

- Эй, ты, наверху! - крикнул он через минуту. - Xочешь заработать крону?

Сикстен выглянул в люк.

- Еще бы! А как?

- Сбегай в магазин на площади, купи мне пачку сигарет!

- С удовольствием, - сказал Сикстен и съехал вниз.

Дядя Эйнар вручил ему пять крон, Сикстен припустился бежать и исчез. Дядя Эйнар просиял больше прежнего.

Tут в люк высунул голову Бенка. Симпатяга Бенка с белобрысыми курчавыми волосами и курносым носом. У кого хватило бы сердца ругаться при виде такого славного парня? А вот дядя Эйнар выругался, да еще как!

Вскоре вернулся Сикстен. В руке он держал большой кулек. Он отдал дяде Эйнару сигареты и крикнул Алым:

- Во, ребята, я купил булок у Евы-Лоттиного папы на целую крону, а он никогда не жадничает. Еды у нас теперь хватит на весь день, и домой идти не надо.

Tут дядя Эйнар выругался еще более замысловато и большими шагами пошел прочь.

Алые розы продолжали рассматривать журналы, играть в пинг-понг и съезжать по веревке. Они уписывали булки, и их ничуть не беспокоило, что Белые розы блистают своим отсутствием.

- Вам не кажется, что у этого чудака не все дома? - спросил Сикстен, когда дядя Эйнар в четвертый раз появился около булочной. - И чего он носится, словно курица с яйцом? Неужели ничем полезным нельзя заняться?

Шли часы, Алые все играли в пинг-понг, листали журналы, съезжали по веревке, поглощали булки, и их ни капельки не беспокоило, что Белые розы все не появляются.

15

Tемно, всюду темно! Лишь изредка через какую-нибудь щель вдруг пробьется тоненький луч света. Но карманный фонарик еще горит. Без него пришлось бы худо. Нелегко пробираться по подземным переходам. Дорогу то и дело загораживают большие камни; сыро, скользко и холодно. Неужели придется провести здесь ночь? Много ночей?

Ева-Лотта, Андерс и Калле держатся за руки.