Страна Счастливых снов или Приключения Буратино продолжаются

Все, кроме Авелии, отпрянули. Девушка же подбежала к коту и легко подхватила его на руки.

- Живой, живой!.. - с восторгом закричала она, тиская воскресшего Базилио. - Теплый и мягкий!..

- Мяу! Вы кто? - заорал кот, пытаясь вырваться и оставляя на руке Авелии красные царапины.

- Я графиня Риоли, твоя хозяйка! - она поцеловала Базилио в перекошенную морду. - Ах, ты же ничего не знаешь, бедняжка!.. Я лиса Алиса, с которой ты разделил столько невзгод!..

Испугавшись, что эта сумасшедшая девица задушит его, кот Базилио прекратил всякое сопротивление и изобразил обморок. Авелия принялась дуть ему в морду.

Буратино прыснул со смеху.

- Смотри, она любит его больше, чем тебя, - сказал он Артуру. Герцог шутливо щелкнул Буратино по голове.

В это время дядюшка Роу и Карабас приводили в чувство ожившего Дуремара.

- Что со мной? - стонал тот, лежа на земле и вяло дрыгая ногами, словно сонная муха. - У меня все тело как будто деревянное... или каменное...

- Ну нет, теперь твое тело как раз в порядке, - приговоривал Карабас. - Приставить к нему дюжину пиявок - и будешь здоров как бык... Вставай, пойдем домой, я угощу тебя красным вином! Я твой должник, Дуремар, это же ты вытащил меня из болота...

- Из какого болота, синьор Карабас? - хныкал продавец пиявок. - Я ничего не понимаю...

- В самом деле, нам нужно идти, солнце опускается, - сказал дядюшка Роу. - Еще полчаса, и в Долине привидений станет темно. Поспешим домой, а по дороге поговорим. Ты слышишь, Авелия?

- Мы слышим, мы с моей киской слышим!.. - прощебетала Авелия, повязывая на шею бедного Базилио пышный розовый бант.

Путники возвращаются

и... переодеваются

К тому времени как на пути честной компании показалась харчевня "Трех пескарей", кот Базилио уже смирился с тем, что любвеобильная рыжеволосая красавица и есть бывшая лиса Алиса. Девушка не спускала его с рук, что-то ворковала в драное кошачье ухо и так заласкала Базилио, что он сделался как будто пьяный.

- Смотрите, наша харчевня, - сказала Авелия. - Киска, ты же, наверное, совсем голодная!..

- Сними с меня бант, Алиса! Он меня удавит! - придушенно мяукнул Базилио.

- Хорошо, хорошо, - засуетилась Авелия. - Так ты хочешь кушать?

- Еще чего, дома покушаете! - прикрикнул на них Карабас Барабас. - Я хочу поскорее домой!

- Домой! - с вызовом мяукнул Базилио. - А если у кого-то и дома-то нет...

- Киска моя! - всполошилась Авелия. - Я же говорила тебе, что теперь мой дом это театр "Буратино", и ты будешь жить там вместе со мной! Я правильно говорю? - обернулась она к остальным.

- Как ты хочешь, любимая, - ответил благородный Артур.

- Правильно, правильно, - сказал Буратино. - У нас для всех хватит места.

Войдя в родной городок, путники остановились на развилке дорог. Один путь отсюда вел к театру "Буратино", другой - к балагану Карабаса Барабаса. Путешественники стояли в некотором замешательстве.

- Послушайте, друзья, - сказал дядюшка Роу, - я обращаюсь сейчас к вам, синьор Карабас Барабас, и к вам, достопочтенный Дуремар. Я думаю, что испытания, которые выпали на всех нас в последнее время, дают нам право называться друзьями. Так вот, мы от всей души приглашаем вас в гости...

- ...на праздничный ужин! - закончил Буратино и лучезарно улыбнулся. - Как хорошо, что в нашем мире это не просто ритуал. Соглашайтесь, синьоры!

Карабас Барабас потеребил свою бороду.

- По правде говоря, меня в моем балагане никто не ждет... Поэтому я принимаю ваше приглашение, ну и... спасибо вам.

- Я тоже принимаю, - поспешно заявил Дуремар, кивая головой как китайский болванчик.

- А куклы не испугаются меня? - спросил вдруг Карабас Барабас и густо покраснел.

- Не испугаются! - убежденно сказал Буратино. - Вы стали совсем другим человеком, синьор, это каждый заметит.

- Ой, смотрите, афиша нашего театра! - воскликнула Авелия, указывая на приклеенный к стене большой лист бумаги.

- Ну-ка, ну-ка, - Буратино подошел к освещенной фонарем афише и прочитал: "Театр "Буратино" 30 октября приглашает на премьеру спектакля "Приключения Буратино продолжаются". Вас ждет новая встреча с любимым героем. Приходите на премьеру!"

- Это как же понимать? - не поверил своим глазам Буратино. - Это кто же у них теперь "любимый герой"?

- А какой сегодня день? - растерянно спросил дядюшка Роу.

- Эй, уважаемый, - обратилась Авелия к какому-то прохожему, - скажите, какое сегодня число... и месяц?

- А год вас не интересует? - хмуро спросил прохожий, подозрительно оглядывая девушку.

Она обворожительно улыбнулась:

- Откровенно говоря, очень интересует.

- С утра вроде как было тридцатое октября, - сказал прохожий и быстро пошел прочь. У поворота он обернулся и покрутил пальцем у виска.

- Тридцатое октября! - потерянно воскликнул Буратино. - Значит, сегодня спектакль!.. Что же нам делать?

- Как что делать? Идти на премьеру, - ответил дядюшка Роу, и вдруг глаза его заблестели. - А знаете что, я предлагаю явиться в театр инкогнито.

- Вот именно, - сказал Буратино. - Явимся и как спросим инкогнито: это что тут у вас за новый Буратино?!

- Нет, мой мальчик, инкогнито значит тайно. Нам нужно немного загримироваться и прийти в театр неузнаваемыми. Это, конечно, не касается Авелии и Артура... Ну, еще, может быть, Базилио. Синьор Карабас, в вашем балагане найдется грим и какие-нибудь костюмы для нас?

- Все найдется, - заверил Барабас. - До того как купить кукольный театр, я несколько лет работал в труппе бродячих артистов. За мной!

- А как быть с моим носом? - на ходу спросил Буратино. - Его ведь не загримируешь! Эх, нету у меня моей волшебной шляпы...

- Эврика! Я знаю, как спрятать твой нос! - закричал дядюшка Роу. - Для того чтобы тебя не узнали, мы сделаем из тебя... Буратино! Оденем тебя в театральный костюм, а на твой длинный нос наклеим бумажный: пусть думают, что это маска.

- Гениально! - восхитилась Авелия. - И в высшей степени изящно.

В балагане Карабаса Дуремара быстро переодели в ученого профессора и нацепили ему на нос пенсне. Дядюшка Роу преобразился в старую синьору, а для Буратино нашли бархатный зеленый костюм какой-то куклы и обклеили ему нос бумажкой. Сам Карабас вырядился в черную сутану монаха, спрятав бороду в просторных одеждах служителя церкви.