Страна Счастливых снов или Приключения Буратино продолжаются

печально ответил Пьеро. - Сегодня за ужином тебе дадут выпить сипарру.

Буратино похолодел.

- Ты знаешь про сипарру?

- Пока я сплю, я знаю все, Буратино. Тебе необходимо бежать отсюда, иначе скоро ты навсегда забудешь и меня, и папу Карло, и своих друзей, и наш театр. Но может быть... ты хочешь этого?..

Буратино аж подскочил в кресле:

- Как ты мог подумать такое!

- Тогда бежим, время дорого. У нас все очень ждут твоего возвращения.

- Подожди, - остановил его Буратино. - Мне нужно попрощаться с моей мамой, ведь я больше не увижу ее...

- Нет, - твердо ответил Пьеро, - иначе тебе не вырваться отсюда. Уходим сейчас.

- Подожди! - повторил Буратино, которому казалось, что его разрывают на куски. - Я не могу уйти просто так!.. Ах, если бы я мог написать ей письмо!..

И вдруг в его голове что-то как будто щелкнуло, повернулись какие-то колесики и ярко озарилась маленькая страничка памяти с начертанным на ней алфавитом.

- Сейчас, я сейчас! - радостно воскликнул Буратино. - Еще только одну минуточку... Ну где же здесь бумага?!

Он подбежал к столу, выдвинул сразу два ящика и в одном из них нашел листы бумаги с королевскими вензелями.

Буратино схватил со стола перо и быстрым, уверенным каллиграфическим почерком написал:

"Моя дорогая, единственная мамочка! Я должен уйти от вас, потому что я не хочу умирать в Мире Людей. Пожалуйста, не плачь обо мне, я буду часто-часто приходить к тебе во сне, и у тебя будет сын-сновидение. Я очень сильно люблю тебя и никогда не забуду".

Буратино оставил письмо на столе и прижал его тяжелой вазой.

- А как же мы убежим?

Пьеро достал из-за портьеры какой-то сверток.

- Тебе нужно переодеться. Вот тряпье мальчишки-оборванца, в нем на тебя никто и не посмотрит.

- А мой нос? - резонно спросил Буратино.

Пьеро отыскал среди рваной одежды дырявую шляпу с безнадежно повисшими полями и протянул Буратино.

- Да разве мой нос спрячешь под ней?

- Буратино, ты должен изо всех сил захотеть, чтобы эта шляпа сделала тебя неузнаваемым, - сказал Пьеро. - Ведь это Мир Снов, и такое маленькое волшебство тебе по плечу. Ну же, одевай...

Буратино нахлобучил шляпу и с замиранием сердца подошел к зеркалу. На него вопросительно смотрел деревянный мальчик в жалких лохмотьях. Лицо у мальчика было чужое, но, приглядевшись, Буратино понял, что это его собственное лицо, только нос стал обыкновенным, таким же, как у всех. Он перевел дыхание.

- Получилось, Пьеро. Эх, увидели бы меня сейчас Бураткинс и моя мать... Впрочем, в моем положении лучше быть огородным пугалом, чем принцем Буратино.

- Идем, - поторопил Пьеро, - король уже послал за тобой.

Буратино последним взглядом окинул покои своей матери и заметил открытую книгу королевской родословной.

- Погоди-ка...

Под портретом своего длинноносого предка Буратино без труда прочел: "Его высочество принц Пиноккио. Добровольно ушел в Мир Людей".

- Теперь все, - сказал Буратино.

Пьеро приоткрыл дверь и осторожно выглянул в коридор.

- Никого, - кивнул он. - Нам нужно незаметно пробраться в подвал, там есть потайной ход из дворца...

Пьеро-сновидение действовал уверенно и четко: он заранее предвидел появление королевской стражи, легко ориентировался в сложной путанице лестниц и коридоров, благодаря чему они незаметно и быстро оказались в темном и сыром дворцовом подвале. Здесь начинался потайной ход, вырытый неизвестно кем и узкий, как крысиная нора. По нему Пьеро и Буратино ползли друг за другом до тех пор, пока впереди не забрезжил дневной свет.

- Теперь слушай, Буратино, - тяжело дыша, сказал Пьеро. - Сейчас мы выберемся наружу, и ты отправишься в балаган Петрушки, помнишь его? Там ты найдешь Арлекина... Ему нужна твоя помощь.

Буратино стукнулся головой о низкий свод.

- Помощь?

- Да. В балагане Арлекин встретил и полюбил куклу по имени Аленушка. Теперь он не хочет уходить из Мира Снов.

- Вот еще... триумфатор, - процедил Буратино. - Постой, Пьеро, а как же ты?

- А мне пора просыпаться, - ответил Пьеро, - у нас уже наступает утро...

Алисе и Артемону возвращают

их прежний облик

- Что ты хочешь сказать, Артур? - спросил седовласый маг, по-прежнему называя Артемона человеческим именем. - Разве то, что случилось с тобой по прихоти этой легкомысленной особы, не несчастье?

- Настоящая беда в том, что я не сумел добиться любви Авелии, - ответил пес. - В остальном судьба оказалась благосклонна ко мне, она позволила мне следовать за Алисой и быть ей полезным.

- Ты неисправимо благороден, - вздохнул Гонзаг. - И только ради тебя я, пожалуй, возьмусь исправить эту досадную несправедливость. Слышишь, Авелия, я сделаю это исключительно ради Артура.

- Но что вы сделаете?

- Я сниму проклятие небес и верну вам человеческий облик.

Пес и лиса не поверили своим ушам.

- Да-да, - продолжал маг, - истинное благородство и великодушие должны быть вознаграждены. А с тебя, Авелия, довольно и того, что ты раскаиваешься. Но знайте, что я верну вас в тот момент, когда еще не были произнесены роковые слова... Одним словом, вы станете такими же, какими были в тот час у фонтана в графском парке.

- И забудем все, что случилось с нами потом? - спросил Артемон.

- Этого "потом" у вас просто не будет! Вас ждет совсем другое будущее, а какое - зависит от вас.

- Но неужели... я опять стану глупой, капризной девчонкой? - испугалась Алиса. - И забуду все то, чему научила меня моя тяжелая бродячая жизнь?!

- Да ведь ты станешь человеком, - немного удивившись, сказал маг. - Пусть глупым, пусть своевольным, но человеком!..

- Нет, - после недолгого раздумья вымолвила Алиса, - я не хочу вновь становиться такой...

- Это твое право, - с видом полного безразличия ответил Гонзаг и отвернулся от лисы. - Тебе же, Артур, не о чем размышлять. Ты всегда был достойнейшим из людей, и, как никто другой, заслуживаешь счастья. Возвращайся во время благородных рыцарей и прекрасных дам...

- Но ведь там не будет Авелии!..

- Для тебя это сущее благо, - терпеливо объяснял чародей. - Ты никогда не встретишься с ней и не будешь страдать. Ты отдашь свое сердце добродетельной девушке...

- Никогда! - вскричал Артемон. - Ни за что на свете я не оставлю Авелию, кем бы она ни была!