Рони, дочь разбойника

А может, все-таки стоит осторожненько попробован^ Поучиться остерегаться такой опасности? Она снова

208

заглянула вниз в пропасть. Ух, какая жуткая глубина! Потом она глянула наверх, чтобы понять, как лучше всего перепрыгнуть через провал. И тут вдруг увидела то, что чуть не заставило ее от удивления плюхнуться в пропасть. Чуть поодаль, на другом краю провала кто-то сидел, похоже, что ее ровесник! Он болтал ногами над Адским провалом!

Ронья, конечно, знала, что она - не единственный ребенок в мире. Она была единственным ребенком только в замке Маттиса, да и в лесу Маттиса тоже. Но Лувис говорила, что в других краях полным-полно детенышей двух разных видов: таких, которые станут Маттисами, когда вырастут, и таких, из которых получатся Лудис. Сама же Ронья станет совсем как Лувис. Но она почувствовала, что тот, болтавший ногами над Адским провалом, - тот непременно станет Маттисом.

Он еще не замечал ее. Ронья не отрывала от него глаз. И потом тихонько засмеялась от радости, что он есть на свете.

Xi. тут он увидел ее. Л уви

дев, тоже рассмеялся.

- А я знаю, кто ты! - сказал он. - Ты - та саман дочь разбойника, что бегает в здешнем лесу. Я видел тебя там однажды.

- А ты кто такой? - спросила Ронья. - И как попал сюда?

- Я - Бирк, сын Борки. Я здесь живу. Мы переехали сюда нынче ночью.

Ронья вытаращила на него глаза.

- Кто это - мы?

- Борка и Ундис, и я, и наши двенадцать разбойников. Не сразу дошли до нее те возмутительные слова, что он произнес, но в конце концов она сказала:

- По-твоему, весь Северный замок битком набит всяким сбродом?

Он засмеялся:

- Да нет. Там одни только честные разбойники Борки. А вот там, где живешь ты, собралось одно дерьмо. Об этом вечно только и слышишь!

- Вот как? Ты об этом слышишь! Ну и нахал же ты! В ней все кипело. Но и это было еще не все.

- А вообще-то, ~ сказал Бирк, - это вовсе уже не Северный замок, С нынешней ночи он зовется крепость Борки, запомни!

Ронья просто задохнулась от дикого гнева. Крепость Борки! С ума сойти можно! Какие же негодяи люди Борки! А этот олух, что сидит тут и ухмыляется, - он же один из них!

- Гром и молния! - воскликнула она. - Ну, погоди, стоит только Маттису услышать эту новость, как все разбойники Борки мигом вылетят из замка!

209

- Ну, это мы еще поглядим! - сказал Бирк.

Но Ронья думала о Маттисе и содрогалась от ужаса. Она не раз видела, как он теряет разум от ярости, и хорошо представляла себе, как это может быть. Она понимала, что теперь-то наверняка замок Маттиса еще раз расколется пополам, и застонала при одной мысли об этом.

- Что с тобой? - спросил Бирк. - Тебе худо?

Ронья не ответила. Сколько можно слушать этого дерзкого мальчишку! Теперь надо что-то делать. Разбойники Маттиса скоро должны вернуться домой, и тогда, гром и молния, все эти дёрьмовые разбойники из банды Борки в миг вылетят из замка Маттиса! Вылетят куда быстрее, чем туда попали!

Она поднялась, чтобы уйти, Но тут увидела, что задумал сделать Бирк. Этот мошенник и вправду задумал перепрыгнуть через Адский провал! Он стоял там, на другой стороне пропасти, прямо напротив нее, и вдруг приготовился к прыжку, Тогда она закричала:

- Только посмей перепрыгнуть! Дам по морде так, что нос отвалится!

- Ха-ха! - засмеялся Бирк и одним прыжком метнулся через пропасть. - Попробуй так! - с легкой ухмылкой сказал он.

Этого ему говорить не следовало, этого она стерпеть не могла. Разве мало того, что он и эти его дёрьмовые дружки устроили себе крепость в замке Маттиса? Но ни один разбойник из их шайки не смеет являться сюда и делать такие прыжки, какие не мог бы повторить разбойник Маттиса!

И она прыгнула. Да, она это сделала! Она сама не знала, как это получилось, но Ронья вдруг перелетела через Адский провал и приземлилась на другой его стороне.

- А ты НЕ такая уж тихоня, - сказал Бирк и тотчас же прыгнул следом за ней. Но Ронья не собиралась ему уступать. Снова прыгнув, она перелетела через пропасть обратно. Пусть он стоит теперь там и пялится на нее сколько вздумается!

- Ты ведь собиралась дать мне по морде! Почему же ты этого не делаешь? - сказал Бирк. - Я иду к тебе!

- Вижу, - ответила Ронья.

И он явился вновь. Но даже и теперь она не стала его дожидаться. Она опять прыгнула через пропасть и со5иралась прыгать до тех пор, пока не испустит дух, если это нужно для того, чтобы избавиться от Бирка.

А потом никто из них не произнес больше ни слова. Они только прыгали. Безумно и неистово прыгали они взад-вперед через Адский провал. Слышалось только их учащенное дыхание. Да лишь время от времени каркали на зубцах крепостной стены вороны, А в остальном было отвратительно тихо. Казалось, будто замок Маттиса, стоя на горе, затаил дыхание перед чем-то грозным и опасным, что должно вот-вот произойти.

"Да, скоро, верно, мы оба приземлимся на дно Адского провала, -

210

подумала Ронья, - но тогда хотя бы настанет конец этому нескончаемому прыганью!"

И вот Бирк снова перелетел через пропасть прямо ей навстречу, а она приготовилась к новому прыжку. Да, и она тоже. Который раз подряд, она уже не знала. Казалось, будто она никогда ничего другого не делала, кроме как перепрыгивала через пропасти, чтобы избавиться от мошенников этого Борки.

И тут она увице-ла, как Бирк угодил на камень, лежавший на самом краю пропасти, как раз там, где он приземлился. И услыхала, как он крикнул, прежде чем исчезнуть в бездне.

А потом она слышала только карканье ворон. Она закрыла глаза с одним желанием, чтобы этого дня никогда не было. И Бирка тоже не было бы на свете. И чтобы они никогда не прыгали через Адский провал.

Потом она подползла на животе к самому краю пропасти и заглянула вниз. И тут она увидела Бирка. Он стоял прямо под ней, на каком-то камне, или на балке, или на чем-то другом, торчавшем из треснувшей стены. На чем-то таком маленьком, что там помещались лишь его ноги и ничего больше. Он стоял над глубоким Адским провалом, а руки его судорожно нащупывали опору, какую-нибудь щербинку, за которую можно было зацепиться и которая могла бы помещать ему рухнуть вниз, в бездну. Но он знал, и Ронья знала тоже, что самому ему оттуда не выбраться. Ему придется стоять там, пока не иссякнут силы, они оба знали это, а потом Бирка, сына Борки, больше не будет на свете.

- Держись! - сказала Ронья, и он, слегка ухмыльнувшись, ответил:

- Придется!