Алиса в Стране Чудес

- стала разъяснять Алиса по-прежнему осторожно, поскольку беседа складывалась как-то недружелюбно, -- "Со мною произошло столько всего необъяснимого, что я уже не поддаюсь объяснению, поскольку я -- уже не я, видите ли..."

"Не вижу", -- оборвала Сороконожка.

"Что ж, боюсь, яснее выразиться я не могу", -- продолжила Алиса как можно вежливее, -- "Начать надо бы с того, что я и сама не могу в этом разобраться. Я нахожу такое обилие перемен в росте за день сильно сбивающим с толку".

"А я нет", -- буркнула Сороконожка, продолжая все также не мигая смотреть на Алису.

"Ну, может пока и не находите", -- сказала Алиса, -- "Но когда вам придется превращаться в куколку -- а вы знаете, придется в один прекрасный день -- а затем и в бабочку, вот тогда-то, надо полагать вы и почувствуете себя слегка странно. Ведь так?"

"Ничуть", -- только и ответила Сороконожка.

"Да-а, наверно у вас чувствительность другая", -- предположила Алиса. -- "Все, что я знаю так это то, что я бы точно чувствовала себя весьма странно".

"Ты бы! Да кто ты?" -- презрительно воскликнула Сороконожка, вернувшись тем самым к началу разговора.

Алиса почувствовала легкое раздражение от этих очень коротких реплик Сороконожки, а потому выпрямилась и весьма жестко заметила ей: "Думаю, сперва вы должны сказать мне, кто вы!"

"Почему?" -- преспокойно спросила Сороконожка, в очередной раз обескуражив Алису своим вопросом. И поскольку она не смогла придумать в ответ веской причины, да к тому же Сороконожка, похоже, была совсем не в духе, Алиса решила уйти.

"Вернись!" -- окликнула ее Сороконожка. -- "У меня есть кое-что важное для тебя!"

Звучало заманчиво, поэтому Алиса повернулась и поспешила обратно.

"Сдерживайся!" -- выпалила Сороконожка и смолкла.

"И это все?" -- воскликнула Алиса, едва сдерживаясь.

"Нет", -- опять-таки коротко ответила Сороконожка и, уставившись в никуда, словно заснула.

Алиса решила, что можно и подождать, спешить-то все равно некуда, может она и скажет что-нибудь стоящее. Сороконожка пару минут шумно попыхтела своей сигарой, затем расплела все свои руки-ноги, вынула ее изо рта и осведомилась: "Так ты думаешь, что изменилась, да?"

"Боюсь, да", -- произнесла со вздохом Алиса. -- "Я позабыла все, что раньше знала, и рост свой я не могу сохранить и пять минут".

"Не можешь вспомнить что?" -- снова спросила Сороконожка.

"Ну, я попыталась рассказать "Ворону и Лису", а вышло что-то несуразное!" -- уточнила Алиса с грустью в голосе.

"Расскажи "Бородино"", -- задумчиво пробормотала Сороконожка.

Алиса сложила руки за спину и начала:

-- Скажи-ка, дядя, ведь недаром

Ты, лысину намазав салом,

Стоишь на голове?

Редки власа твои седые,

Но возникают и в года младые

От этого болезни головные.

А каково ж тебе?!

-- Сынок, здесь логика простая:

Болеть не будет голова пустая.

Со мною не тягайся тут.

Стоять коль будешь на макушке,

Перед глазами замелькают мушки,

И мозги сквозь твои ушки

Сразу потекут!

-- Но ты ведь, дядя, очень старый,

Имеешь ты живот немалый.

Как удается, но не ври,

Тебе запрыгивать в окошки,

Куда с трудом залазят кошки,

Когда передвигают еле ножки

Старики к двери?

И молвил он, сверкнув очами:

"Сынок, пусть будет это между нами.

Я гибким остаюсь,

Поскольку по рублю за пачку

У лавочника покупаю жвачку.

Сжевал ее, наверно, тачку!

А хочешь, поделюсь?"

-- Дядя, тебе только жвачку жевать,

Но как ты смог гуся умять?

Вот в чем вопрос!

Хрустя, разгрыз ты клюв и кости,

Как хищники в голодной злости,

И рты пораскрывали гости,

Когда ты съел поднос.

-- Я грыз гранит наук пять лет,

Грызусь с женою, встав чуть свет.

Тебе я расскажу,

Как от тренировки упорной такой

Челюсти силой налились большой.

Готов поспорить я с тобой

Кирпич перекушу!

-- А как же, дядя, верность глаза

Ты отточил, как грань алмаза?

Я не могу понять.

Червяка на нос ты ставишь,

И на носочки чуть привстанешь,

Его подкинешь и поймаешь

Носом раз так пять!

-- Ну, хватит, парень. Надоело!

Ты думаешь, что нет другого дела,

Как мне тут слушать

Вопросы глупые весь день,

Сидеть с тобою здесь как пень.

Уж надвигается ночная тень,

Пора б покушать!

"Неправильно", -- фыркнула Сороконожка. "Боюсь, не совсем правильно", -- робко поправила Алиса, -- "некоторые слова чуточку изменены". "Неправильно от начала до конца", -- решительно провозгласила Сороконожка, после чего на некоторое время повисло молчание.

Первой заговорила опять-таки Сороконожка: "Какого бы роста ты хотела быть?"

"Да мне уже все равно, лишь бы он не менялся так часто, знаете ли", -- поспешно ответила Алиса.

"Я не знаю", -- буркнула Сороконожка.

Алиса промолчала, до сих пор никто с ней так не пререкался, и она почувствовала, что теряет терпение.

"Сейчас ты довольна?" -- поинтересовалась Сороконожка, не заставив себя долго ждать.

"Да, но хотелось бы стать чуть выше", -- сказала Алиса -- "Восемь сантиметров -- такой жалкий ростик".

"Это весьма солидный рост!" -- возмущалась Сороконожка, одновременно вставая на дыбы во всю свою длину (она как раз была длиной восемь сантиметров).

"Но я не привыкла к нему", -- жалобно оправдывалась бедная Алиса, подумав про себя: "Если б эти существа не были так обидчивы!"

"Со временем привыкнешь", -- проворчала Сороконожка, всунула в рот сигару и снова закурила.

На этот раз Алиса терпеливо ждала, когда она опять заговорит. Через минуту-другую Сороконожка выплюнула сигару, зевнула пару раз и потянулась. Затем она слезла с гриба и поползла в траву, обронив на ходу: "Один край сделает тебя выше, другой край сделает ниже".

"Один край чего? Другой край чего?" -- подумала Алиса.

"Грибной шляпы", -- добавила Сороконожка, так, как если бы Алиса спросила вслух, и тут же скрылась в траве.

Алиса с минуту тщательно осматривала гриб, пытаясь понять, где у него эти самые два края. Задача оказалась не из легких, так как шляпа у гриба была идеально круглой. В конце концов она обхватила грибную шляпу так широко, насколько это было возможно, и отломила каждой рукой по куску.

"Так, а теперь какой из них какой?" -- спросила себя Алиса и отгрызла немножко от кусочка в правой руке.