Кондур-оол и Биче-кыс

сказал Кодур-оол.- У меня есть бедная, но любимая девушка.

- Ах вот оно что! Ну нет, уж к ней-то ты не уйдешь. Я тебе дороги не покажу и коней не дам! - крикнула разгневанная красавица и убежала.

Вокруг юрты она поставила стражу.

Кодур-оол мог уходить из юрты лишь до того места, куда долетает стрела, пущенная тугой тетивой.

Он каждый день взбирался на горку и там играл на бызанчы свои любимые песни. Все жители аала собирались слушать его.

Кодур-оол долгие дни и ночи думал о том, как убежать от красавицы. Случай ему помог. Лесная царевна решила испытать терпение Кодур-оола. Перед заходом солнца она пришла к нему и сказала:

- Послушай, Кодур-оол. Если ты хочешь получить то, что тебе дороже всего на свете, девяносто дней ничего не говори. Если ты выполнишь это условие, то получишь все, что захочешь. Если нет - будешь изгнан отсюда и ни с чем вернешься к своему костру. Но не думай меня обмануть: если ты нарочно что-нибудь скажешь, то всю жизнь будешь сидеть в этой юрте под стражей.

- Я готов выполнить твое требование,- согласился Кодур-оол.

Много дней Кодур-оол не говорил, выполняя условие. Время от времени он поднимался на гору и играл на бызанчы. Он думал о родине и о Биче-кыс. Он больше не хотел оставаться здесь, но не знал, как сказать что-нибудь вслух, чтобы слова сказались сами собой, а не нарочно.

Как-то Кодур-оол вошел в юрту и стал подбрасывать дрова в очаг, все думая о том, как бы что-нибудь нечаянно сказать.

Он не заметил, как огонь разгорелся, молоко в чаше закипело и стало с шумом заливать пламя. Он невольно воскликнул:

- Молоко кипит, молоко кипит!

Раздался страшный грохот, кто-то поднял Кодура-оола и понес. Он долго летел. Потом сильно ударился и, когда опомнился, увидел себя возле знакомой скалы, у своего костра, в старой одежде, с бызанчы в руках.

- Где ты был, сын мой? Я много ночей не спал. Много таежных троп исходил, искал тебя. Порой я слышал твою песню. Но она доносилась ко мне эхом со всех сторон. Я доходил до ущелий и возвращался назад. Почему ты не сказал, куда ушел?- спрашивал отец, прижимая голову сына к своей груди.

Кодур-оол рассказал все, что было. Выслушав его, отец сказал:

- Богачи все одинаковы. Хорошо, что ты вернулся.

- А ты опять с добычей?- спросил Кодур-оол.

- Как же! Сорок лет охочусь, а такой богатой добычи у меня никогда еще не было.

Отец подошел к большой куче и снял ветки - под ними лежали сложенные рядами драгоценные шкуры зверей. Обрадовался Кодур-оол.

- Теперь у Бура-Баштыга желчный пузырь лопнет!- воскликнул он.- Как жаль, что я ничем не помог тебе, отец! Ты все добыл один.

- Не горюй, сын. Это ты помог мне своей песней. Когда ты пел и играл, все звери тайги останавливались и поднимали уши.

Отец почистил ружье и связал пушнину. Взвалив на себя шкуры, они отправились домой. На стоянке остались только кости зверей да угли потухшего костра.

Бура-Ваштыг, увидев, что Кодур-оол с отцом вернулись с богатой добычей, приветливо встретил их. Но они не поклонились Бура-Баштыгу, как прежде, а прямо пошли в свою юрту.

Бура-Баштыг не стерпел обиды. Он вошел в юрту Кодур-оола и с укором проговорил:

- Что вы за люди? Забыли древний обычай - делиться с друзьями и близкими после удачной охоты?

- Почему-то ты нашего горя не замечал, а наше богатство сразу увидел,- сказал отец.

Бура-Баштыг быстро ушел, размахивая длинными рукавами халата. Кодур-оол с отцом разложили и развесили в юрте богатую добычу. Вскоре снова явился Бура-Баштыг. Он привел свою дочь в праздничном наряде.

- Слушай, ашак,- сказал Бура-Баштыг отцу Кодур-оола,- мне нужно поговорить с тобой наедине.

Они вышли из юрты. Кодур-оол услышал сквозь кошму громкий шепот Бура-Баштыга: «Послушай, у тебя сын, у меня дочь. Надо подумать об их счастье».

Кодур-оол обернулся и посмотрел на дочь Бура-Баштыга.

- Теперь мы ровня, милый Кодур,-сказала она.- Я знатна, и ты богат. Я буду твоей женой. Я люблю тебя.

- Ты любишь не меня, а шкуры зверей, убитых моим отцом. Можешь уходить. Не нужна мне твоя знатность.

В это время Биче-кыс работала в юрте Бура-Баштыга и горько плакала.

- Кодур-оол теперь богат,- говорила она себе.- Бура-Баштыг захочет женить его на Чилбакай.

Тут вошли Бура-Баштыг и его дочь с красными от злобы глазами.

- Ты чего здесь торчишь? Вон из моей юрты!- крикнул он Биче-кыс.

Биче-кыс, не понимая причины такой злобы, быстро откинула полог и выскользнула из юрты. Может быть, Кодур-оол не согласился и еще думает о ней, Биче-кыс? С этой надеждой она побежала к юрте Ко-дура-оола, но встретила его на полпути.

Кодур-оол схватил ее за руки и сказал:

- Я не хочу больше никогда расставаться с тобой!

- И я тоже,- ответила она.

И Биче-кыс стала женой Кодур-оола, хозяйкой их новой юрты.

[Черная юрта - ветхая, черная от дыма и копоти юрта аратов-бедняков. Богачи жили в юртах, крытых белой дорогой кошмой.

Караганник - колючий кустарник.

Бызанчы - музыкальный инструмент со струнами из конского волоса.

Идыки - национальная обувь с загнутыми вверх носами.]