Сын рыбака и рыбка Гульдор

Много лет уже я стою здесь и то насыпаю этот холм, то разрываю его. Мне предсказано, что так будет, пока меня не освободит рыбак, который поймал рыбку Гульдор. Вот теперь я могу положить кетмень на плечо и отправиться вместе с вами.

Сын рыбака обрадовался такому сильному товарищу и продолжал свой путь вместе с двумя богатырями.

Шли они, шли и через несколько дней издали увидели высокий минарет.

— Эй, рыбак! Вот куда тебе надо идти! Здесь город падишаха Чин-Мо-Чина!

Подошли они ближе, видят: верхушка минарета уходит в самое небо. Весь он сверкает разноцветными камнями, которые вделаны в его стены. Наверху минарета расхаживает барабанщик с барабаном. Внизу стоит стражник с саблей за поясом.

Подойдя к седому стражнику, сын рыбака вежливо поздоровался с ним. Старик спросил:

— Кто ты, откуда пришел и что тебе надо?

— Я пришел из страны туркестанского падишаха за принцессой с золотыми серьгами,— сказал сын рыбака.

— Много приходило за нашей принцессой молодцов вроде тебя, но все они уходили ни с чем!— сказал стражник.

— Отец, прошу тебя, скажи, как мне повидаться с падишахом?—сказал сын рыбака.

— Я отопру двери. Там на стене ты увидишь надпись, скрепленную печатью падишаха. Это три задачи, которые должен решить тот, кто хочет получить падишахскую дочь. Прочти и подумай: под силу ли тебе это сделать. Потом поднимись на минарет, ударь три раза в барабан и жди.

Сын рыбака прочитал надпись, побежал по лестнице вверх, схватил палицу и так ударил в барабан, что он разлетелся вдребезги. Оглушительный треск барабана разбудил падишаха, и он приказал немедленно ввести к нему барабанщика.

— Эй, молодец, видно, ты не испугался моих условий, раз стал бить в барабан!— сказал падишах рыбаку.— Тысячи людей старались выполнить мои желания, но не могли. Ты еще молод — советую тебе отказаться от задуманного.

— Пусть будет что будет!— сказал сын рыбака. — Отступать не в моем характере. Я хочу получить принцессу с золотыми серьгами.

— Но понял ли ты, насколько трудны мои задачи? — сказал падишах. — Подумай: ты должен проспать в моей медной бане, раскаленной докрасна, целую ночь — это первое. Ты должен обогнать моего самого быстроходного верблюда — это второе. Ты должен за одну ночь разобрать по сортам кучу разных зерен — это третье.

— Все понятно,— сказал сын рыбака.— У меня есть только одна просьба.

— Говори.

— Со мною два товарища — можно мне не разлучаться с ними?

— Мне все равно, кто будет с тобой,— сказал падишах,— лишь были бы выполнены мои требования.

Падишах приказал ввести рыбака с его товарищами в медную баню, раскаленную докрасна. Рыбак не мог вытерпеть жары и закричал:

— Я горю!

Но богатырь-водохлеб заранее набрал полный живот воды. Он стал поливать водой баню. Она остыла, и жар не причинил никому вреда.

Прошла ночь. На заре отперли баню и удивились: рыбак и его товарищи были живы и невредимы.

Быстро распространилась в народе молва о том, что рыбак из Туркестана решил первую задачу падишаха.

На другой день падишах велел посадить на быстроходного верблюда слугу и дать ему бурдюк для воды. Другой бурдюк он дал рыбаку и сказал:

— Вот с этого места, в одно время с верблюдом, ты должен пойти за восемь верст к реке, набрать воды и вернуться обратно раньше него.

По знаку падишаха верховой на верблюде и пеший рыбак отправились к реке. Кетменщик пошел с ними. Как только они вышли за город, кетменщик ударил два раза кетменем и насыпал перед верблюдом высокий холм. Пока верблюд с трудом взбирался наверх и спускался вниз, рыбак успел добежать до реки и набрать воды в бурдюк. Когда он вернулся, кетменщик быстро разбросал земляной холм, и рыбак пришел к падишаху на несколько часов раньше верблюда.

И опять среди народа пошла молва о том, что туркестанский богатырь выполнил и второе условие падишаха.

На третий день падишах приказал перемешать меру пшеницы, ячменя, овса, кукурузы и сказал рыбаку:

— Нынче ночью, до зари, разбери эти зерна и разложи по кучкам. Да смотри, чтоб ни одно зерно не попало не в ту кучку!

— Эту работу могли бы сделать только муравьи, — говорили в народе.

Эти слова напомнили юноше о муравье, которого он освободил из-под кауша на дороге.

Когда наступила ночь и все ушли, юноша развязал узелок своего поясного платка, где спрятан был муравьиный ус, достал его и сжег. В тот же момент в земле рядом с ним открылась трещина, и из нее быстро поползли муравьи. Их было тысячи, и они живо принялись растаскивать зерна.

Утром, взяв с собой своих вазиров, падишах пошел к рыбаку и был удивлен, что и третья его задача выполнена. Быстро разнеслась повсюду весть об этом, и народ радовался, что рыбак из Туркестана выполнил все три приказа падишаха.

Тогда падишах приказал нарядить юношу в дорогие одежды и готовиться к свадьбе.

— О падишах! Я — бедняк и сам выберу себе невесту. А принцессу с золотыми серьгами я должен отвезти туркестанскому падишаху.

Эти слова понравились падишаху Чин-Мо-Чина, и он приказал снарядить с дочерью много слуг и целый караван подарков.

Получив принцессу с золотыми серьгами, сын рыбака и его товарищи отправились в путь.

Ехали, ехали они, доехали до высокого холма. Кетмешцик ударил кетменем раз-другой — и холма как не бывало: перед ними лежала ровная дорога.

— Теперь, друг, давай распрощаемся,— сказал кетмешцик рыбаку.— Рад был служить тебе. Будь счастлив и помни обо мне!

Огорчился юноша — не хотелось ему расставаться с таким верным другом, но перечить ему он не мог.

Через несколько дней сын рыбака доехал со своим караваном до широкой и глубокой реки. Водохлеб поставил одну ногу на один берег, другую — на другой, нагнулся к реке и стал пить воду. Скоро на дне реки не осталось ни одной капли. По сухому дну рыбак со своим караваном перешел на другой берег. Тогда водохлеб выпустил из себя воду обратно в реку и сказал:

— Дальше я не пойду с тобой — останусь на своей земле. Рад, что мог сослужить тебе службу. Будь счастлив и помни обо мне!

Жаль было сыну рыбака расставаться и с этим другом, но он не мог заставить его покинуть родные места.

Падишах устроил дочери Чин-Мо-Чина пышную встречу и тут же объявил, что женится на принцессе с золотыми серьгами. Отпраздновали богатую свадьбу. На другой день падишах посадил принцессу с золотыми серьгами рядом с собой на золотой трон и спросил своих вазиров:

— Ну, теперь мне нечего больше желать?

— Теперь тебе нечего желать,— отвечали вазиры,— такой принцессы с золотыми серьгами нет ни у кого на свете!

А на третий день принцессе Чин-Мо-Чина стало скучно у туркестанского падишаха.