Дочь колдуна

Жил на свете бедный сирота, мальчик по имени Андерс. Негде было ему голову приклонить, нечего есть, некуда руки приложить; надумал он отправиться по белу свету, какое ни на есть дело себе приискать.

Вот бредет Андерс бором дремучим, навстречу ему - незнакомый человек. Спрашивает он Андерса:

- Малый, а малый, куда идешь?

- Да вот,- отвечает Андерс, - брожу по белу свету; ищу, не подвернется ли служба какая.

- Ступай ко мне в работники, - говорит человек, - мне такой мальчишка, как ты, позарез нужен. Плату тебе положу хорошую: за первый год службы - мешок далеров, за другой год - два мешка, а за третий - целых три. Потому как служить придется ровно три года. Гляди только слушайся меня во всем, даже если что чудным покажется. Бояться тебе нечего. Никакой беды с тобой не случится, покуда из воли моей не выйдешь.

На том дело и сладилось. Нанялся Андерс на службу и пошел за хозяином к нему домой.

Диковинное то жилье скрыто было близ озера, в горе посреди дремучего бора. Кругом ни живой души, тишь да безлюдье.

Люди и звери, птицы и рыбы в те края носа не казали. Хочешь знать почему? Хозяин Андерса был страшный колдун, и властвовал он над всей округой.

Сколько за ним темных дел водилось - не счесть. Человек ли, зверь ли - колдуну все одно было, никого он не щадил. Сказывают, родную дочку не пожалел, спрятал от людей на дне морском. Злодействовал колдун нещадно: кого до смерти губил, кого долгами душил, кого в плен брал.

В подземных его зверинцах каких только зверей, птиц и рыб не томилось! Кормил их колдун в три года раз, а уж измывался над ними вволю.

Поначалу приставил колдун Андерса лесных зверей кормить.

Подивился мальчик, какие они все - волки и медведи, олени и зайцы - тощие да понурые. Накормил он их досыта. Хоть и много было зверей (диковинные зверинцы на целую милю под землей растянулись), Андерс в один день с работой управился.

Похвалил его колдун:

- Молодец!

А на другой день говорит мальчику:

- Нынче на надо зверей кормить. Корм им не всякий день, а раз в три года перепадает. Поди поиграй в лесу; как нужен будешь, покличу тебя.

И стал вдруг колдун непонятные слова бормотать:

Снур-ре! Снур-ре! Снур-ре - випс! Зайцем, малый, обернись.

Обернулся Андерс зайцем и скок-поскок в лес. И пошла в лесу потеха: охотники стреляют, собаки лают! Ведь в лесу, кроме как на зайца, и охотиться было не на кого, никакого зверя больше не осталось: колдун кого сгубил, кого в подземные зверинцы загнал.

Обрадовались охотники, что хоть заяц в лесу объявился, да все разом за ним и припустили. Сгодились зайцу быстрые ноги! Пришлось ему и от охотников, и от собак побегать. Беспокойная пошла у зайца жизнь!

Но как ни гонялись за ним собаки, как ни стреляли в него охотники - все попусту. Оставался заяц цел-невредим и убегал от охотников все дальше в лес. Понял наконец заяц: псам за ним не угнаться, охотникам его не подстрелить. Успокоился. По душе ему даже пришлось собак да охотников дразнить.

Бегал Андерс, прыгал зайцем целый год, а как настало время, кликнул колдун его домой. И опять пробормот колдун непонятные слова:

Снур-ре! Снур-ре! Снур-ре - випс! Человеком обернись!

Обернулся заяц человеком.

- Ну как, доволен службой? - спрашивает колдун. - По душе тебе зайцем бегать?

- Да, служба хороша,- отвечает мальчик.- Прежде я так резво не бегал.

Показал колдун Андерсу мешок далеров, что мальчик заработал, и согласился тот служить еще год.

Приставил теперь колдун Андерса лесных птиц кормить.

Каких только птиц у него в неволе не томилось: и орлы, и ласточки, и кукушки, и вороны. И тоже все были облезлые да понурые. Приворожил их колдун и согнал в клетки.

Растянулись те клетки на целую милю под землей.

Накормил Андерс и птиц досыта.Управился он и с этой работой за один день. Похвалил его колдун:

- Молодец!

А на другой день говорит мальчику:

- Нынче не надо птиц кормить. Корм им не всякий день, а раз в три года перепадает. Поди поиграй в лесу; как нужен будешь, покличу тебя.

И стал вдруг колдун непонятные слова бормотать:

Снур-ре! Снур-ре! Снур-ре - випс! Вороном, малый, обернись.

Обернулся Андерс вороном, взмыл ввысь. "До чего хорошо!- подумал он.- Летать вороном куда привольней, чем бегать зайцем; и собакам до меня не добраться. То-то потеха на них сверху глядеть!"

Но покоя ему и в небе не было. Снова поднялась в лесу суматоха: охотники стреляют, собаки лают. Ведь в лесу, кроме как на ворона, и охотиться было не на кого, никаких птиц больше не осталось: колдун кого сгубил, кого в подземные клетки загнал. Потому-то и палили по ворону охотники.

Испугался было ворон: того и гляди, подстрелят. Но скоро приметил, что пуля его не берет. И стал себе летать без опаски.

Летал он, парил вороном целый год, а как настало время, крикнул его колдун домой. И опять пробормотал колдун непонятные слова:

Снур-ре! Снур-ре! Снур-ре - випс! Человеком обернись!

Обернулся ворон человеком.

- Ну как, доволен службой? - спрашивает колдун.- По душе тебе вороном летать?

- Да, служба хороша! - отвечает мальчик.- Не доводилось мне прежде в поднебесье летать.

Показал колдун Андерсу два мешка далеров, что он в тот год заработал. Стояли они рядом с тем, прошлогодним. И согласился мальчик служить еще год.

Приставил теперь колдун Андерса рыб кормить.

Каких только рыб у него в неволе не томилось: и акулы, и лососи, и сельдь, и треска! И тоже все костлявые да понурые. Приворожил их колдун и собрал в свои пруды и садки. Растянулись те пруды и садки на целую милю под землей.

Накормил мальчик и рыб досыта.

Управился он и с новой работой за один день, а утрощ следующего дня опять пробормотал колдун непонятные слова:

Снур-ре! Снур-ре! Снур-ре - випс! Рыбкой, малый, обернись!

Обернулся Андерс рыбкой - и плюх в речку! Плещете в воде мальчик, весело ему: то на дно нырнет, то навер всплывет.

Плыл он, плыл, все дальше и дальше. А потом вынесл его речка прямо в море.

Видит Андерс - на дне морском хрустальный замо стоит.

Заглянул в окошко, заглянул в другое: горницы и зал будто зеркало блестят. Убранство в замке богатое. Столы, лавки, поставцы из китовой кости сделаны, золотом опра влены да жемчугом выложены. Полы мягкими коврами устланы, а на коврах пуховые подушки раскиданы. Яр кие - будто радуга! То тут, то там диковинные деревья с за тейливыми цветами растут. Из улиткиного домика фонтам бьет, струйки водяные вниз падают, о прозрачные раковины ударяются. И всюду звучит дивная музыка!

Но краше всего была в том замке сама молодая хозяйка! Бродит она по хрустальным палатам грустная-прегрустная. Не радуют ее, видно, диковины вокруг; в хрустальные стены, что как зеркало блестят, даже не поглядится, красой своей не полюбуется.