История султана Санджара

Рассказывают, будто правил в одной стране некий благочестивый и мудрый султан по имени Санджар, с необыкновенным тщанием вникавший в дела государства и подданных, не полагаясь в сем на своих приближенных. Сменив богатое облаченье на простые одежды бродяги, ходил он ночью по улицам города, днем же в платье калан-дара отправлялся на базар, где собиралось множество народа, и там, неузнанный, вникал во всякие распри, дабы суд его был правым, а величье прославленным.

Сидя однажды на суфе возле продавца жареных фисташек, он увидел прекрасного юношу в одежде каландара. Это был луноликий красавец, в облике которого без труда угадывалось благородство. И каждый, кто смотрел на него, не мог сокрыть своего восхищения. Однако чело юноши было отмечено глубокой печалью, и понял султан смятение его души и мужество, с коим он преодолевал страдания. Султан подозвал к себе юношу и сказал:

— О странник, ты столь молод и красив! Что побудило тебя облачиться .в одежды каландара и отречься от всего мирского?

И султан прочитал стих:

Может друг понять, что таится в душе у друга-страдальца, Если связан с ним неразрывно, будто ноготь с мякотью

пальца. Чтоб отвергнуть мирские богатства, очень трудно силы

найти, Как избравшему цель скитальцу очень трудно свернуть с пути.

— О таящийся под обличьем каландара, — молвил юноша,— зачем ты бередишь мои раны? Какой прок тебе во мне, бедном страннике, коий никак не может унять свою боль?! Уже прошло много времени с тех пор, как злой рок лишил меня милосердия Аллаха, однако до сей поры объят я печалью и снедаем душевной горечью. Пришел я в этот город, никому не ведомый, надеясь сокрыть свое горе от других, а ты вынуждаешь меня снова вспоминать о моих страданиях.

Султан изъявил к нему свою благосклонность и ласково молвил:

— Успокойся, о юноша, и поведай мне свою историю. Если к тому же ты расскажешь о том, что видел в жизни и в чем ты усматриваешь ее смысл, я буду тебе премного благодарен.

И юноша начал свой рассказ.

— История моей жизни грустная и тягостная, а рассказ о ней длинен и утомителен.

И он прочитал стих:

Очень долгая, тихая лунная ночь мне нужна, Чтоб историю жизни моей я поведал сполна.

— В таком случае, — молвил султан, — соблаговоли сказать, где твое пристанище, и вечером я за тобой пришлю.

Юноша назвал обитель каландаров, и тогда султан сказал продавцу фисташек:

— Нынешней ночью я буду твоим гостем. Продавец фисташек приготовил всевозможные

яства и прекрасно убранное сиденье для почетного гостя. Султан Санджар пришел к нему, и сел на почетное место, и повелел привести юного каландара. Едва юноша переступил порог дома продавца фисташек, он сразу же понял, что перед ним не кто иной, как султан. Он приветствовал султана с должным почтением и уселся на отведенном для него месте. По завершении трапезы султан, обра-тясь к юноше, молвил:

— Умерь, о юноша, печаль и смятение души и поведай мне всю свою историю.

— Охотно, — отвечал юноша. — Но для этого ты должен либо покинуть свое почетное место и сесть рядом со мной, либо дозволить мне приблизиться к тебе.

Султан сел рядом с юношей, и тот повел свой рассказ.

— О султан, владыка вселенной! Да будет тебе известно, что отец мой был удачливым купцом. Богатства его были несметны. Однажды он позвал меня к себе и сказал: «О дитя мое, ты уже достиг дозволенного возраста, и я решил взять тебя с собой в далекое путешествие. Я хочу, чтобы ты постиг добро и зло, изведал все жизненные тяготы, ибо после моей смерти ты останешься в одиночестве и бремя забот может оказаться для тебя непосильным». Мы покинули пределы города и отправились в далекий путь, и одолели много дорог, и миновали множество городов и селений. Но однажды наш караван сбился с пути. В ожидании

утра мы вынуждены были устроить привал. Ночью на нас напали разбойники. Я проснулся от громких криков и к своему ужасу увидел, что отец мой убит. Опасаясь, что меня постигнет участь отца, я вскочил на коня и умчался в пустыню. В конце долгого дня я достиг ворот некоего города, но было уже темно, ворота города оказались запертыми. Я умолял сторожей впустить меня в город, но они оставались глухими к моим мольбам. А неподалеку от городских ворот был невысокий холм, и у его подножья лежал огромный камень. Вот за этим-то камнем я и устроился на ночлег. Ночь, однако, была безлунная, и от пережитого страха я никак не мог уснуть. Вдруг я увидел, как через городскую стену перелез человек с зажженным фонарем в руках. За ним последовали еще двое. Они несли что-то тяжелое! Не успел я подумать, что, должно быть, это воры и что они, видно, хотят здесь разделить добычу, как внезапно они исчезли, словно сквозь землю провалились, но вскоре ненадолго появились снова и уже исчезли окончательно. Я подумал, что они припрятали где-нибудь неподалеку награбленное, и принялся осторожно исследовать окрестности. Вдруг я нащупал неглубокую яму, а в ней какого-то человека.

— О безжалостные, — со стоном сказал человек, — чего вам от меня надобно? Дайте мне спокойно умереть.

Я стал его успокаивать:

— Не тот я, кого тебе следует опасаться. Тогда человек простонал:

— О друг, если ты хочешь мне помочь — унеси меня поскорей отсюда в безопасное место и попытайся залечить мои раны. Мое воскресение принесет тебе счастье, а если я умру, твоя совесть будет спокойна, ибо твой благородный поступок будет служить ей утешением.

Узнав, что человек тот нуждается в помощи, я взвалил его на плечи и с наступлением утра вошел в город. Вскоре я увидел маленький убогий домишко и почему-то решил, что в нем живет оди-

нокая вдова. В ответ на мой стук дверь открыла бедно одетая старушка.

— Ты кто такой? — спросила она м.еня.

— Странггик, ищущий приюта, — отвечал я. Старушка проводила меня в дом и, сказав:

— Располагайся здесь,— удалилась.

Я развернул ковер, в который был завернут раненый, и моему изумленному взору предстало некое очаровательное создание.

Узрев сию неземную красоту, я едва не лишился сознания. Но постепенно придя в себя, я тяжело вздохнул и сказал:

— О луноликая, о жемчужина красоты! Кто причинил тебе такое зло? Почему судьба столь немилостива к тебе?

Девушка с трудом подняла веки.

— О благородный юноша,—прошептала она, — если Аллаху будет угодно сохранить мне жизнь, я без утайки поведаю тебе . свою историю. А коли мне суждено умереть — пусть моя тайна уйдет со мной в могилу.

Я осмотрел девушку и обнаружил у нее на теле несколько ножевых ран. Омыв раны, я смазал их целебными снадобьями и принялся ухаживать за ней с превеликим тщанием. Однако здоровье ее час от часу становилось хуже. В один из дней, взглянув на меня полными мольбы глазами, девушка сказала:

— О благородный юноша, ты мучаешься со мной, не ведая, есть ли в том прок.