Лоцман из Булони

Жил однажды в Булони старый отставной лоцман с женой и маленьким сыном. Пенсию он получал небольшую и поэтому завел себе лодочку, в которой каждый день ездил удить рыбу. У него был сын лет семи или восьми, который часто просил отца взять его с собой в море, но старый моряк, опасаясь за своего единственного ребенка, не давал согласия. Мальчик же, горя желанием прокатиться по морю, спрятался как-то между снастями и парусами, а когда лодка отчалила, выскочил и весело закричал:

— Вот, отец, и я поехал с тобой на рыбную ловлю!

Когда лодка подошла к тому месту, где водилась рыба, лоцман увидел корабль с поднятым флагом, что означало просьбу ввести судно в порт. Лодка направилась к кораблю, и, когда подошла к нему, матросы судовой команды спросили рыбака, не лоцман ли он.

— Был раньше лоцманом и, хоть я сейчас в отставке, все же сумею ввести вас в порт.

Его приняли вместе с сыном на борт. Корабль шёл из королевства Нац и должен был по приказу короля этой страны привезти мальчика-француза, чтобы воспитать его на чужбине и потом женить на королевской дочери.

Когда королевские посланцы увидали сына лоцмана, им так понравился крепкий на вид, здоровый и смышленый мальчик, что они сказали:

— Нам как раз такой и нужен. Ехать дальше ни к чему.

Накормив и напоив лоцмана, они сказали, что он может вернуться в свою лодку, так как они в нем больше не нуждаются.

Лоцман сел в лодку и стал звать сына, но ему ответили, что мальчик останется на судке, и корабль ушел на всех парусах, оставив отца, потерявшего своего единственного сына, в полном отчаянии.

...Корабль прибыл в столицу королевства Нац. Он салютовал городу двадцатью одним пушечным выстрелом, и город ответил ему таким же залпом. Ребенка привели ко двору, и королю очень понравился маленький француз. Он приказал воспитывать славного мальчика так, как если бы это был его собственный сын. Когда тому исполнилось восемнадцать лет, король женил его на своей дочери — его однолетке.

Живя в довольстве и богатстве, сын лоцмана часто вспоминал своих родителей:

— Они не были богаты, когда я покинул их. Хотелось бы мне повидать их и обеспечить на старости лет!

Он поведал жене о своем желании, она нашла его вполне естественным и захотела сопровождать мужа. В королевстве Нац женщины и девушки носят чадру, и муж вправе увидеть лицо своей жены лишь после того, как она станет матерью. Когда муж принцессы попросил у своего тестя разрешения поехать в Булонь, король, прежде чем согласиться, заставил зятя поклясться, что тот во время путешествия не будет пытаться взглянуть на лицо своей жены. А если он узнает, что зять, на горе себе, нарушил клятву, жестоко его накажет.

Принцесса и ее муж сели на корабль и вскоре подъехали к Булони. Корабль салютовал городу двадцатью одним пушечным выстрелом, и таможенная стража, побывав на борту корабля, доложила властям, что принц и принцесса из Наца приехали во Францию поразвлечься. Гости, сойдя с корабля, сели в серебряную лодочку и высадились на берег. Там они увидели префекта, мэра и прочее начальство, которое явилось встретить их и гостеприимно предложить самые прекрасные покои в городе.

Муж принцессы, окруженный пышной свитой, увидел у покосившегося забора старика в заплатанной матросской блузе и узнал своего отца. Покинув своих знатных спутников, он подошел к старику и спросил, как тот поживает. Лоцман очень удивился, что господин, одетый в шелка, весь в драгоценностях, осведомляется о здоровье такого бедняка, как он.

— Вы не узнаете меня? — спросил принц.

— Нет, сударь, — ответил старик.

— Я ваш сын, которого увез когда-то за море корабль из королевства Нац. Я женат на принцессе той страны. Как поживает моя матушка?

— Она дома, очень постарела, очень горюет.

— Утешьтесь, отец мой, я приехал, чтобы обеспечить вас на старости лет.

Вернувшись к сановникам, муж принцессы сказал им, что будет жить у старого лоцмана, и гостил у отца три недели.

Однажды мать сказала ему:

— Сын мой, я должна признаться, что одна вещь меня крайне удивляет. Никто ни разу не видел лица твоей жены.

— Так принято в той стране: муж видит лицо своей жены лишь после того, как она становится матерью. Перед отъездом я поклялся тестю уважать этот обычай.

— Будь я на твоем месте, — ответила мать, — я все же захотела бы узнать, кого мне дали в жены — красавицу или урода. Если взяться за дело ловко, твой тесть ничего не узнает.

Сын лоцмана передал жене все то, что ему сказала мать.

— Хорошо, — сказала она, — но я боюсь, как бы об этом не проведал отец. Ведь он в дружбе со всеми волшебниками нашей страны. Тогда он разжалует тебя и жестоко покарает.

Принцесса сняла покрывало, но когда муж поднес светильник к ее лицу, чтобы получше рассмотреть его, упала искра и обожгла молодой женщине щеку.

— Ах! — воскликнула принцесса. — Этого-то я и боялась! Мы погибли.

Корабль покинул Булонь и пришел в Нац. Как только принц сошел на берег, король спросил его:

— Не нарушили ли вы мой приказ?

— Нет.

— Я это проверю, и горе вам, если вы изменили клятве.

Он позвал дочь и сказал ей:

— Открывал ли муж твое лицо?

— Нет, батюшка. .

— Не лги. Если ты говоришь неправду, я узнаю и накажу тебя так же, как и его.

Когда она подняла свое покрывало, король вначале ничего не заметил. Но приглядевшись, он увидел ожог и страшно разгневался:

— Негодная! Уйди с глаз моих и никогда больше не показывайся.

Он послал своих слуг за волшебниками, феями и колдунами и, когда те явились, приказал им превратить зятя в такого урода, какого еще свет не видывал.

Один из колдунов сказал:

— Пусть он будет на один глаз слепой, а на другой — косой.

— Пусть его рот растянется до ушей, — приказал другой.

— Пусть вырастет у него горб сзади и спереди.

— Пусть его нос станет таким, какого еще на свете ни у кого не было.

— Я посажу ему голову задом наперед.

— Пусть он охромеет, одна нога будет вывернута наружу, другая — внутрь.

По мере того как волшебники произносили свои заклинания, превращение совершалось, и когда они кончили, бедный юноша стал таким безобразным существом, которого никогда не бывало. Этим месть короля не ограничилась — он приказал солдатам выгнать своего зятя из города, как простого бродягу.

Став калекой, бедный сын лоцмана передвигался с большим трудом.

Он долго странствовал; наконец подошел к маленькому домику и, увидев сидевшую у порога старушку, поздоровался с ней. Это была старая фея, которую король забыл позвать, когда решил наказать своего зятя.

— Уж не зять ли вы короля?

— Увы, это я.

— Славно же они вас разукрасили! Но, к счастью, у меня еще есть ключ от моего чулана.