Чортов завод

Когда они пришли, им и поесть нечего. Он и говорит:

– А что, ребята, как бы кто сбегал, у нас там осталась скатерётка-хлебосолка, ее бы принести, а то и поесть нечего.

Вот говорит соловей:

– Я бы полетел, скоро слетал, да нести мне неудобно, негде держать.

Мишка и говорит:

– Я пойду, пока вы тут, и принесу.

И попёр. Прибежал, да не только скатерётку-хлебосолку принес, и весь стол припёр.

– Жалко, – говорит, – там оставлять, чего там.

И вот они расселись кругом этого стола, стали есть. Иван и говорит:

– Бабушка, садись с нами, пообедай, у тебя еще такой пищи не было.

Бабушка тоже села с нима. Пообедали все.

– Вот сегодня, – говорит, – переспим, а завтра надо итти к царю на бал.

Переспали ночь, он и говорит; – Ну, ребята, теперь я пойду. Мишка и говорит:

– Слушай, возьми меня с собой.

– Ничего, я один пойду, а случаем чего, так и все прибежите.

– Ну, смотри, как бы не было худо.

– Ничего.

И пошел. А там у этого была поставлена стража. Вот он идет себе, только к страже подходит, его кряду же узнали, захватили, убили и за город бросили. Соловей догадался:

– Знаете что, у нас хозяина живого нет.

Сейчас они побежали в город; бегали, бегали, народ перепугался, ну, найти не могут. Вот выбежали за город, а он и лежит. Соловей и говорит; – Вот собирайте куски, а я сейчас слетаю за живой водой и за мертвой.

Пока они тут собирали, заложили в кучу, а уж соловей обратно прилетел. Собрали они куски, спрыснули, Иван встал.

– Да, долго я спал!

– Ну, Иван-купеческий сын, вот учись теперь, как один ходить.

– Да, теперь один я больше не пойду. И говорит:

– Ну, Миша, теперь мы пойдем с тобой двое, а вы пойдите домой. Какой случай, дак ты, соловей, узнаешь.

– Ну, ладно, двое, так не беда.

Они пошли. А те прилетели домой, сели есть, и тут сестра и бабушка с нима. Они не знают, а звери ничего не говорят им. И когда они идут, то все смотрят, идут медведь и человек. Вот пошел медведь лапами размахивать, и так пришли на пир. Медведь залез под стол, да и сидит себе. А этот спаситель-то сидит себе с невестой. Невеста чарами обносит и думает: «Что это так долго не находится Иван-купеческий сын?» И вот Иван сел за стол, она обносит. Обносит, пришла очередь и до него. Он выпивает эту чарочку, спускает ей на поднос кольцо. Она берет это кольцо в руки и говорит:

– Ну, батюшко, дозволь мне теперь слово сказать.

– Ну, дочка, говори, что?

– А вот, – говорит, – батюшко, что я тебе скажу. Не тот мой муж, который рядом сидит, а тот, который кольцо подал. Он змея убил, и я ему дала кольцо. У него есть сестра и дружина – зверьё.

– А может, его и нет здесь, какой он спаситель тебе?

Это заговорил тот, который сидел с ней рядом. Вдруг Иван вставает на ноги.

– Ошибаешься, я здесь, хотя ты меня и убил, но я ожил и пришел сюда.

Вылезает медведь.

– А вот и медведь здесь, а остальные, наверно, у него дома, – это царевна.

– Ну, Миша, бежи, зови всех.

Вот он сейчас сбегал, и все пришли на пир. А гости смотрят на них, как на чудо. Потом сказал царь:

– Ну, Иван-купеческий сын, коли ты спас мою дочь, садись на его место, а с ним что хошь делай, воля твоя. И он сказал:

– Ну-ка, Миша, бери его.

Мишка схватил, соловей подлетел, куда дунет его носом, так и конец. Мишка схватил его лапой – только мокро. И сами выстали обратно на пир. Вот пришли, конечно, на пир, пир продолжался три дня.

Иван-купеческий сын женился на царской дочери и получил пол-царства.

Вот он живет с ней год. И это зверьё с ним, как прежде, и сестра с ним вместе живет. И в одно прекрасное время повалился он спать с женой, и заснули они крепко, а комната была полая. И вот эта сестра, что ей в ум взбрелось? Она берет этот чортов зуб и спускает ему сонному в рот, и он умер. Умер, тогда парь – что делать? Продержали сутки его, двои, с мертвым делать нечего. Он спросил:

– Как по вашему обряду хоронят покойников? Она ответила:

– А вот у нас как хоронят. Делают сперва гроб, а потом полагают в гроб и набивают кругом его железные обручи. А потом отвезут, да в море бросят.

Ну, конечно, это так и сделали. Отвезли, да в море и бросили. Ну, зверьё и беспокоится:

– Где же у нас хозяин? Нет его. И вот соловей и говорит:

– Вы бегайте по земле, а я полечу по морю.

И все отправились по разным сторонам. И вот те бегали, бегали, нигде найти не могут. А соловей прилетел и говорит:

– Я нашел гроб, на одном острове прибило, пойдемте скорее.

И oтправились они, конечно, вплавь, по морю, и в скорое время приплыли к этому острову. И сейчас же этот гроб взяли, оборвали все, вскрыли его, смотрят, он лежит. Вот соловей смотрел, смотрел, да и Мишка, да и кобели.

– Ну, ребята, знаете что? Нам придется кому-нибудь одному помереть из артели. Тут это сделала все сестра по насердке. Она спустила ему зуб чортов, и кому его достать, тот и умрет. А кому умереть – давайте кинем жребий из четверых.

И выпала очередь Мишке тянуть изо рта зуб.

– Вот беда-то, как я теперь лапу в рот пропихаю?

Мишка давай по острову бегать. Бегал, бегал, поймал зайца и принес его ко гробу и говорит:

– Ну-ко, заинька, у тебя лапка узенька, кривая, достань у него этот зуб изо рта, тогда я тебя отпущу.

Вот заяц – что делать? Надо уж делать. Дернул, достал зуб, а Мишка отпустил его, он и убежал. Хозяин и встал.

– Фу-фу, как долго спал!

– Да, долго, это уж сестра твоя. Спустила тебе зуб, ты и помер. Спустили тебя в гроб, да в море, мы и нашли тебя.

– Ну, спасибо, ребята. Другожды сестра этого уж не сделает.

Ну, ладно. Тогда он и говорит:

– Ну, ребята, теперь попадайте, а ты, соловей, меня неси. Сел на соловья и полетел, как на ероплане. Жена поплакала – делать было нечего. Сидит с отцом раз и смотрит в окно.

– Папа, смотри, да ведь это муж мой летит на соловье, больше некому.

– Да как же он может, ведь мы его сбавили.

– Да так уж, у него дружина такая, доставила его, да и все.

– Не знай, дочка, у тя в глазах мерещится, что-то плохо верится. А ведь верно, верно, – он летит.

Прилетает он на двор, а в избу не заходит. Выходит царь, выходит царевна.

– Ну, почему ты, Иван-купеческий сын, не идешь в избу?

– А вот до тех пор не пойду: кликните мне сестру сюда на разговор на один, я у нее кое-что спрошу, а потом зайду.

Вот ясно, что уж раз требуют сестру – сестра выходит.

– Ну, что тебе, братец, надо?

– А, сестра, отомстила ты мне за чорта, спустила зуб, ну, я тебя больше не прощу. Ну-ко, соловей, расправься с ней!

Соловей как дёрнул носом, она и померла. Вот приказал он сделать гроб, и похоронили ее в землю, как полагается, а не то, что она сказала. Вдруг прибегает все его войско.

Он приходит в дом, завел все свое зверьё, напоил, накормил.

Царь собрал пир; он, конечно, все обсказал, как он вышел из дому, как путешествовал и как сестра его загубила второй раз.