Летучий корабль

Был себе дед да баба, у них было три сына: два разумных, а третий дурень. Первых баба любила, чисто одевала; а последний завсегда был одет худо — в черной сорочке ходил. Послышали они, что пришла от царя бумага:

- кто состроит такой корабль, чтобы мог летать, за того выдаст замуж царевну.

Старшие братья решились идти пробовать счастья и попросили у стариков благословения; мать снарядила их в дорогу, надавала им белых паляниц, разного мясного и фляжку горелки и выпроводила в путь-дорогу. Увидя то, дурень начал и себе проситься, чтобы и его отпустили. Мать стала его уговаривать, чтоб не ходил:

- Куда тебе, дурню; тебя волки съедят!

Но дурень заладил одно: пойду да пойду! Баба видит, что с ним не сладишь, дала ему на дорогу черных паляниц и фляжку воды и выпроводила из дому.

Дурень шел-шел и повстречал старика. Поздоровались. Старик спрашивает дурня:

- Куда идешь?

- Да царь обещал отдать свою дочку за того, кто сделает летучий корабль.

- Разве ты можешь сделать такой корабль?

- Нет, не сумею!

- Так зачем же ты идешь?

- А бог его знает!

- Ну, если так, — сказал старик, — то садись здесь; отдохнем вместе и закусим; вынимай, что у тебя есть в торбе.

- Да тут такое, что и показать стыдно людям!

- Ничего, вынимай; что бог дал — то и поснедаем!

Дурень развязал торбу — и глазам своим не верит: вместо черных паляниц лежат белые булки и разные приправы; подал старику.

- Видишь, — сказал ему старик, — как бог дурней жалует! Хоть родная мать тебя и не любит, а вот и ты не обделен... Давай же выпьем наперед горелки.

Во фляжке наместо воды очутилась горелка; выпили, перекусили, и говорит старик дурню:

- Слушай же — ступай в лес, подойди к первому дереву, перекрестись три раза и ударь в дерево топором, а сам упади наземь ничком и жди, пока тебя не разбудят. Тогда увидишь перед собою готовый корабль, садись в него и лети, куда надобно; да по дороге забирай к себе всякого встречного.

Дурень поблагодарил старика, распрощался с ним и пошел к лесу. Подошел к первому дереву, сделал все так, как ему велено: три раза перекрестился, тюкнул по дереву секирою, упал на землю ничком и заснул. Спустя несколько времени начал кто-то будить его. Дурень проснулся и видит готовый корабль; не стал долго думать, сел в него — и корабль полетел по воздуху.

Летел-летел, глядь — лежит внизу на дороге человек, ухом к сырой земле припал.

- Здоров, дядьку!

- Здоров, небоже.

- Что ты делаешь?

- Слушаю, что на том свете делается.

- Садись со мною на корабль.

Тот не захотел отговариваться, сел на корабль, и полетели они дальше. Летели-летели, глядь — идет человек на одной ноге, а другая до уха привязана.

- Здоров, дядьку! Что ты на одной ноге скачешь?

- Да коли б я другую отвязал, так за один бы шаг весь свет перешагнул!

- Садись с нами!

Тот сел, и опять полетели. Летели-летели, глядь — стоит человек с ружьем, прицеливается, а во что — неведомо.

- Здоров, дядьку! Куда ты метишь? Ни одной птицы не видно.

- Как же, стану я стрелять близко! Мне бы застрелить зверя или птицу верст за тысячу отсюда: то по мне стрельба!

- Садись же с нами!

Сел и этот, и полетели они дальше.

Летели-летели, глядь — несет человек за спиною полон мех хлеба.

- Здоров, дядьку! Куда идешь?

- Иду, — говорит, — добывать хлеба на обед.

- Да у тебя и так полон мешок за спиною.

- Что тут! Для меня этого хлеба и на один раз укусить нечего.

- Садись-ка с нами!

Объедало сел на корабль, и полетели дальше. Летели-летели, глядь — ходит человек вокруг озера.

- Здоров, дядьку!

Чего ищешь?

- Пить хочется, да воды не найду.

- Да перед тобой целое озеро; что ж ты не пьешь?

- Эка! Этой воды на один глоток мне не станет.

- Так садись с нами!

Он сел, и опять полетели. Летели-летели, глядь — идет человек в лес, а за плечами вязанка дров.

- Здоров, дядьку! Зачем в лес дрова несешь?

- Да это не простые дрова.

- А какие же?

- Да такие: коли разбросить их, так вдруг целое войско явится.

- Садись с нами!

Сел он к ним, и полетели дальше. Летели-летели, глядь — человек несет куль соломы.

- Здоров, дядьку! Куда несешь солому?

- В село.

- Разве в селе-то мало соломы?

- Да это такая солома, что как ни будь жарко лето, а коли разбросаешь ее — так зараз холодно сделается: снег да мороз!

- Садись и ты с нами!

- Пожалуй!

Это была последняя встреча; скоро прилетели они до царского двора.

Царь на ту пору за обедом сидел: увидал летучий корабль, удивился и послал своего слугу спросить: кто на том корабле прилетел? Слуга подошел к кораблю, видит, что на нем всё мужики, не стал и спрашивать, а, воротясь назад в покои, донес царю, что на корабле нет ни одного пана, а всё черные люди. Царь рассудил, что отдавать свою дочь за простого мужика не приходится, и стал думать, как бы от такого зятя избавиться. Вот и придумал:

- Стану я ему задавать разные трудные задачи.

Тотчас посылает к дурню с приказом, чтобы он достал ему, пока царский обед покончится, целющей и живущей воды.

В то время как царь отдавал этот приказ своему слуге, первый встречный (тот самый, который слушал, что́ на том свете делается) услыхал царские речи и рассказал дурню.

- Что же я теперь делать буду? Да я и за год, а может быть, и весь свой век не найду такой воды!

- Не бойся, — сказал ему скороход, — я за тебя справлюсь.

Пришел слуга и объявил царский приказ.

- Скажи: принесу! — отозвался дурень; а товарищ его отвязал свою ногу от уха, побежал и мигом набрал целющей и живущей воды:

- Успею, — думает, — воротиться! — присел под мельницей отдохнуть и заснул. Царский обед к концу подходит, а его нет как нет; засуетились все на корабле. Первый встречный приник к сырой земле, прислушался и сказал:

- Экий! Спит себе под мельницей.

Стрелок схватил свое ружье, выстрелил в мельницу и тем выстрелом разбудил скорохода; скороход побежал и в одну минуту принес воду; царь еще из-за стола не встал, а приказ его выполнен как нельзя вернее.

Нечего делать, надо задавать другую задачу. Царь велел сказать дурню:

- Ну, коли ты такой хитрый, так покажи свое удальство: съешь со́ своими товарищами за один раз двенадцать быков жареных да двенадцать кулей печеного хлеба.

Первый товарищ услыхал и объявил про то дурню. Дурень испугался и говорит:

- Да я и одного хлеба за один раз не съем!

- Не бойся, — отвечает Объедало, — мне еще мало будет!

Пришел слуга, явил царский указ.

- Хорошо, — сказал дурень, — давайте, будем есть.

Принесли двенадцать быков жареных да двенадцать кулей хлеба печеного; Объедало один всё поел.

- Эх, — говорит, — мало! Еще б хоть немножко дали...

Царь велел сказать дурню, чтобы выпито было сорок бочек вина, каждая бочка в сорок ведер.