Робия с сорокааршинными волосами

Медленно проходит она по городу и возвращается в свой дом на холме.

Слушая словоохотливого горожанина, Боборахим почувствовал страшный голод. Идти в чайхану со своим необыкновенным конем он не хотел, опасаясь привлечь внимание, и решил обратиться к своему новому знакомому:

— Исполни мою просьбу. Вот тебе золотой, сходи в шашлычную, купи мне два десятка палочек шашлыка и принеси сюда. А чтоб шашлык не остыл, купи совок с горящими углями.

Как только прохожий принес шашлык, Боборахим сел на своего коня, взял совок с углем и шашлыком в левую руку, а другой рукой повернул правое ухо коня.

Конь, как птица, взвился вверх.

Боборахим хотел спуститься где-нибудь недалеко от города, съесть там шашлык и спрятать коня, чтоб никто не мог увидеть его. А сам он хотел войти в город пешком.

Но едва только деревянный конь взлетел вверх, как от раскаленных углей загорелась его пышная грива.

Боборахим испугался, бросил совок с углями и шашлыком и повернул левое ухо коня — и конь тут же спустился на землю. Но от гривы загорелась деревян-ная шея коня, и в мгновение он весь был охвачен огнем.

Все это случилось так быстро, что горожанин, купивший для Боборахима шашлык, не успел еще далеко уйти и увидел горящего коня. Он тотчас же вернулся на помощь Боборахиму, но ничего нельзя было уже сделать. Конь сгорел дотла. Увидев это, Боборахим горько заплакал и долго не мог утешиться. Потом, сопровождаемый своим новым знакомым, пошел в город. В ближайшей чайхане Боборахим попросил подать ему блюдо плова и чайник с чаем, он ел сами угощал своего спутника.

В это время одна луна на небе погасла. Народ заволновался, засуетился. Через мгновение ярко осветилась одна часть города.

— Робия выходит в город! — воскликнул горожанин.— Смотри, светлеет в нашей стороне, значит, Робия идет сюда!

Вдруг засиял такой яркий свет, что глазам больно было смотреть, и Боборахим увидел приближающуюся Робию с сорокааршинными волосами.

Она была точь-в-точь такая, как на портрете, который он видел в тайной комнате у отца. Яркое сияние исходило от ее белого лица, черные глаза ее горели, как звезды, черные волосы, заплетенные во множество косичек, спускались до самой земли, несколько раз обвивали ее руки и шею и тянулись за нею, как шелковый плащ. Горячий взгляд Робии блуждал по лицам, словно искал кого-то и не находил, и ни на ком не мог остановиться.

Восхищенный Боборахим протолкался вперед и жадно глядел на красавицу, но ни на мгновенье Робия не задержала на нем своего взгляда и прошла мимо. Едва Робия удалилась, город сразу погрузился во мрак. Опечаленный Боборахим стал укладываться в чайхане спать, но долго не мог

уснуть.

«Разве может Робия заметить меня в толпе, когда кругом такое множество народа? — думал он.— Вот если бы я мог пробраться к ней в крепость и там увидеться с ней наедине, тогда уж, наверное, я сумел бы заставить ее полюбить себя. Но как пробраться к ней,— ведь конь мой сгорел».

Лишь на заре он уснул и не просыпался целый день.

Так Боборахим стал жить в городе Робии. Каждый вечер он блуждал по улицам, ожидая Робию, и всячески старался обратить на себя ее внимание. Но Робия его не замечала, и ни разу ее взгляд не остановился на лице Боборахима. Целые ночи Боборахим не спал, терзаясь своими неудачами.

Он оброс бородой, отпустил длинные волосы и стал похож на сумасшедшего.

Могущественный падишах, отец Боборахима, днем и ночью ждал возвращения сына. Через три недели после отъезда Боборахима падишах впал в страшное уныние.

Не меньше падишаха беспокоился о Боборахиме Сангсабур. Он знал: если изобретенный им конь сломается и Боборахим погибнет, падишах лишит его жизни.

Ничего никому не говоря, Сангсабур решил идти на поиски Боборахима. Ночью, только взошла луна, он тайно вышел из своего города и пошел в сторону луны, куда полетел Боборахим.

Через несколько дней после ухода Сангсабура уныние падишаха еще больше возросло, и он сказал вазирам:

— Приказываю Сангсабуру с плотниками сделать нового коня и полететь на розыски моего сына.

Когда падишаху доложили об исчезновении Сангсабура, он вскричал:

— Шлите на поиски моего сына гонцов и велите им не возвращаться домой, пока они не найдут его или что-нибудь о нем не узнают! — Падишах совсем потерял сон и целыми днями сидел мрачный.

А Сангсабур шел, шел — наконец, пришел на берег широкой реки. Вдруг он услышал жалобный крик, остановился и увидел барахтающуюся в воде птицу. Сангсабур вошел в реку, зацепил своим луком тонущую птицу и притянул ее к берегу.

Птица не улетела.

Сангсабур нагнулся над ней, чтобы посмотреть, почему она не летит. Оказалось, она запуталась в длинном черном волосе.

Богатырь стал распутывать крылья птицы и наматывать волос себе на руку,— а волос был длиной в сорок аршин.

— Да это волос Робии с сорокааршинными волосами — значит, я на верном пути! — воскликнул весело Сангсабур.

Освобожденная птица встряхнулась, расправила крылья и взвилась под облака.

Теперь Сангсабур уверенно пошел вверх по течению реки. Вот солнце уже закатилось за далекие снежные вершины гор, и земля окуталась мглой. В это время Сангсабур увидел широкий сноп лучей, протянувшийся от земли к небу, залюбовался ярким сиянием и прибавил шагу.

Но только он вступил в город, в небе исчезло чудесное сияние; оживленный и взволнованный народ бежал мимо него и выкрикивал:

— Робия! Идет Робия!

Вдруг в той стороне, куда бежал народ, стало светло, как днем, и пораженный Сангсабур увидел среди расступающейся толпы идущую в его сторону красавицу Робию.

Сангсабур с восхищением смотрел на ее лучезарное лицо. Она улыбалась так пленительно, что очарованный богатырь не мог вымолвить ни одного слова.

Подойдя совсем близко, Робия остановилась перед Сангсабуром, посмотрела на него долго-долго и вдруг, повернувшись, быстро направилась обратно к себе в крепость.

Не было еще случая, чтобы Робия, выйдя из крепости, не прошла по улицам и так быстро покинула город. Потому в народе пошла молва, что Робия с сорокааршинными волосами внезапно заболела.

Как и всегда, среди народа был Боборахим. Он все еще не терял надежду обратить на себя внимание Робии и, не спуская глаз с красавицы, проталкивался вперед.

Сейчас он с завистью посмотрел туда, куда был устремлен взгляд Робии, и не мог воздержаться от возгласа.

В запыленном, усталом с дороги, но прекрасном и могучем богатыре Боборахим узнал Сангсабура.

Рассеянно выслушав сообщение об отце, он тут же велел Сангсабуру придумать, как завоевать красавицу.

Прошло несколько дней. Заходило солнце, наступал вечер, а ворота крепости не открывались, и красавица Робия не появлялась в городе. Люди тревожились и тосковали.