Поди туда - не знаю куда, принеси то - не знаю что

Опять призывает король генерала:

- Вот ты сказывал, что солдат Тарабанов сам пропадет, а Сауры ни за что не добудет; а он вернулся целехонек и Сауру принес!

- Ваше величество! Можно выискать потрудней того службу: прикажите-ка ему на тот свет идти да узнать, как поживает там ваш покойный батюшка?

Король не стал долго раздумывать и в ту ж минуту послал курьера, чтоб представили к нему солдата Тарабанова. Курьер поскакал:

- Эй, служба, одевайся, король тебя требует.

Солдат почистил на шинели пуговицы, оделся, сел с курьером и поехал во дворец. Является к королю; король ему и говорит:

- Послушай, неразумная голова! Что ты по всем трактирам, по кабакам хвастаешь, а мне не доложишься, будто можешь ты на тот свет дойтить и узнать, как поживает мой покойный батюшка?

- Помилуйте, ваше величество! Такой похвальбы мне и в голову не всходило, чтоб на тот свет попасть. Окромя смерти, иной дороги туда — как перед богом! — не ведаю.

- Ну как хочешь, так и делай, а непременно сходи и узнай про моего батюшку; не то мой меч — твоя голова с плеч!

Тарабанов воротился домой, повесил свою буйную голову ниже могучих плеч и сильно запечалился; спрашивает его жена:

- О чем приуныл, любезный друг? Скажи мне сущую правду.

Он ей рассказал все по порядку.

- Ничего, не печалься! Ложись-ка спать; утро вечера мудренее.

На другой день поутру только проснулся солдат, посылает его жена:

- Ступай к государю и проси себе в товарищи того самого генерала, который на тебя короля наущает.

Тарабанов оделся, приходит к королю и просит:

- Ваше королевское величество! Дайте мне генерала в товарищи; пусть он будет свидетелем, что я взаправду на том свете побываю и про вашего родителя безо всякого обману проведаю.

- Хорошо, братец! Ступай домой, собирайся; я его к тебе пришлю.

Тарабанов воротился домой и начал в дорогу собираться; а король потребовал к себе генерала.

- Ступай, — говорит, — и ты с солдатом; а то ему одному поверить нельзя.

Генерал струхнул, да делать нечего — королевского слова нельзя ослушаться: нехотя побрел он на солдатскую квартиру.

Тарабанов наклал сухарей в ранец, налил воды в манерку, попрощался с своей женою, взял у нее колечко и говорит генералу:

- Ну, теперь с богом в путь!

Вышли они на двор: у крыльца стоит дорожная коляска — четверней запряжена.

- Это кому? — спрашивает солдат.

- Как кому? Мы поедем.

- Нет, ваше превосходительство! Коляски нам не потребуется: на тот свет надо пешком идти.

Кольцо впереди катится, за кольцом солдат идет, а за ним генерал тащится. Путь далекий, захочется солдату есть — вынет из ранца сухарик, помочит в воде и кушает; а товарищ его только посматривает да зубами пощелкивает. Коли даст ему солдат сухарик — так и ладно, а не даст — и так идет.

Близко ли, далеко ли, скоро ли, коротко ли — не так скоро дело делается, как скоро сказка сказывается — пришли они в густой, дремучий лес и спустились в глубокий-глубокий овраг. Тут кольцо остановилося. Солдат с генералом сели наземь и принялись сухари глодать; не успели покушать, как глядь — мимо их на старом короле два черта дрова везут — большущий воз! — и погоняют его дубинками: один с правого боку, а другой с левого.

- Смотрите, ваше превосходительство! Никак это старый король?

- Да, твоя правда! — говорит генерал. — Это он самый дрова везет.

- Эй, господа нечистые! — закричал солдат. — Ослободите мне этого покойника хоть на малое время; нужно кой о чем его расспросить.

- Да, есть нам время дожидаться! Пока ты будешь с ним разговаривать, мы за него дрова не потащим.

- Зачем самим трудиться! Вот возьмите у меня свежего человека на смену.

Черти мигом отпрягли старого короля, а на его место заложили в телегу генерала и давай с обеих сторон нажаривать; тот гнется, а везет. Солдат спросил старого короля про его житье-бытье на том свете.

- Ах, служивый! Плохое мое житье. Поклонись от меня сыну да попроси, чтобы служил по моей душе панихиды; авось господь меня помилует — освободит от вечной муки. Да накрепко ему моим именем закажи, чтобы не обижал он ни черни, ни войска; не то бог заплатить!

- Да ведь он, пожалуй, веры не даст моему слову; дай мне какой-нибудь знак.

- Вот тебе ключ! Как увидит его — всему поверит.

Только успели он разговор покончить, как уж черти назад едут. Солдат попрощался с старым королем, взял у чертей генерала и отправился вместе с ним в обратный путь.

Приходят они в свое королевство, являются во дворец.

- Ваше величество! — говорит солдат королю. — Видел вашего покойного родителя — плохое ему на том свете житье. Кланяется он вам и просит служить по его душе панихиды, чтобы бог помиловал — освободил его от вечной муки; да велел заказать вам накрепко: пусть-де сынок не обижает ни черни, ни войска! Господь тяжко за то наказывает.

- Да взаправду ли вы на тот свет ходили, взаправду ли моего отца видели?

Генерал говорит:

- На моей спине и теперь знаки видны, как меня черти дубинками погоняли.

А солдат ключ подает; король глянул:

- Ах, ведь это тот самый ключ от тайного кабинета, что как хоронили батюшку, так позабыли у него из кармана вынуть!

Тут король уверился, что солдат сущую правду говорил, произвел его в генералы и перестал думать об его жене-красавице.