Жезтырнаки, пери и Мамай

Что же сделала Бикеш? Для чего ей был нужен мой топор? Она тоже стала поджидать чудовище: каждый день и каждую ночь стояла возле юрты. Мужу она ничего не рассказывала и лишь отговаривалась: «Потом узнаешь». Муж стал за ней следить.

Однажды ночью - а ночь была светлой - аульные собаки с лаем кинулись за аул. Бикеш посмотрела в ту сторону, куда побежали собаки, и увидела идущего человека.

Он был высокого роста. Собаки кидались на него и лаяли, он приседал, а затем снова поднимался и шёл. Так было несколько раз. Наконец человек дошёл до первой юрты, вошёл в неё, но быстро вышел, зашёл во вторую и тоже быстро вышел. Так он заходил во многие юрты. И наконец очередь дошла до юрты Бикеш. Она приготовила топор и стала ждать. И как только чудовище приблизилось, Бикеш ударила его белым топором прямо по голове. Голова сразу же свалилась с плеч. Бикеш разбудила мужа и, указывая на мёртвое тело, раскрыла ему свою тайну. Затем Бикеш зашла в те юрты, где побывал жезтырнак. Везде лежали умертвлённые им люди. Бикеш и её муж сели на коней и приехали ко мне, прихватив белый топор и голову жезтырнака.

- Отец, я возвращаю тебе топор,- сказала Бикеш. - Когда я выпрашивала его у вас, я думала, пусть умру одна, а братья мои и отец останутся. Если б вы не отдали мне его, то погибли бы все ваши сыновья, а вы б спаслись. Кому тогда были б нужны? Вот он, топор, возьмите!..

Вот какая у меня Бикеш. Я тогда и подумал: почему Бикеш не мужчина?! Это моя первая мечта, дорогие гости... Как, по-вашему: хорошая эта мечта, и мечта ли зто?

- Да, это мечта, и очень хорошая,- сказали жигиты.

- А вот моя другая мечта,- сказал аксакал.- После того, как не стало жезтырнаков, я жил спокойно. Но вот однажды решил развеяться и поехал к холму Кубажон. Был такой холм возле моего колодца, который носил название Шынырау. Вода в колодце была свежая, прозрачная и как будто бы целебна. Сев на своего скакуна Жайдак-кера, я выехал на Кубажон. И когда я приехал и поднялся на этот холм, то увидел что-то странное: вокруг колодца стояли белые юрты, а возле них играли девушки, белые, словно берёзки. Что за чудо, подумал я. Ничего подобного раньше здесь не было. Как это могло случиться? Откуда всё это? Долго я стоял в нерешительности и недоумении. Если туда поехать - могут убить. Соберу людей и тогда поеду. Но вдруг мне пришла мысль: батыр, а боится идти один. Гордость батыра взяла верх, и я решил подойти к этим девушкам. И как только я приблизился к ним, они окружили меня с криком: «Жених приехал! Жених приехал!»...

Одни держали узду лошади, другие дергали меня за бороду, третьи мяли мне бока. И всё время кричали: «Жених! Жених!»... Потом затащили меня в юрту, усадили на подушки, стали угощать всевозможными напитками и кушаньями. Сами тоже стали есть, приговаривая: «Кушай, милый женишок, кушай!»... И всё время старались меня задеть, стукнуть, щипнуть. Я почувствовал себя тридцатипятилетним жигитом. Но вот подошёл вечер, наступала ночь. Зашли две девушки и сказали, что жених должен пройти в большую юрту и вылить на огонь масло. Девушки вскочили, схватили меня и, тормоша и дёргая, втащили в большую юрту. Затем дали мне ведро с маслом и приказали лить его в огонь. Я выполнил этот обряд жениха и сел на золотое сиденье рядом с девушкой писаной красоты. Она была прекрасна. Вся в светлых нарядах. И я в это время почувствовал себя уже двадцатипятилетним жигитом.

Девушки ухаживали за нами: приносили разные кушанья, напитки. Но тормошить меня они всё же продолжали и кричали: «Жених! Жених!»

Я совсем помолодел! Когда кончилось пиршество, красавица приказала подружкам приготовить постель. И когда всё было готово, она пригласила меня пройти к этой постели. За нами пошли и девушки. Затем они все вышли, и мы остались вдвоём. Красавица уложила меня, а сама села поодаль и сказала мне:

- Ты должен не спать до утра и смотреть в огонь.

Я принял это условие. Сел и стал смотреть в огонь, не моргнув глазом. Но в таком положении я не смог долго просидеть, забылся и заснул. А когда утром проснулся, то никого не было. Возле меня стоял мой конь и лежало ружьё. Подо мной было одеяло, то, на котором я сидел и смотрел в огонь. Я быстро одумался, вскочил, поднял одеяло и вдруг заметил записку. Взял я эту записку и прочитал: «Я дочь царя пери. Зовут меня Мухирия. Я слышала, что ты батыр и убил на Ушарале жезтырнаков. Я была поражена твоей храбростью и полюбила тебя. Долго я искала встречи с тобой. Мне сказали, что у тебя есть холм Куба-жон, колодец Шынырау и что ты бываешь там. И я решила, если ты жив, то я непременно тебя там увижу. Я поселилась возле этого колодца. Прошло восемь лет, и вот ты, мой долгожданный, явился. Но ты постарел, и сильно. Я была в надежде, что у тебя есть силы подарить мне сына, и решила тебя испытать. Если б ты просидел до утра и не заснул, я б вышла за тебя замуж. Но ты, мой милый, стар, и я для тебя теперь не существую. Как память обо мне оставляю одеяло. Храни его как знак моей любви». Вот это одеяло,- сказал аксакал. Затем он обратился к гостям с вопросом: «Как вы думаете: мечта ли это?» И сам же ответил: «Да, это мечта! Вот эти мечты и состарили меня»,- сказал аксакал, заканчивая свой рассказ.

На следующий день жигиты выехали из десятого аула батыра Мамая.