Девять золотых сыновей

Положил он каждому в изголовье по колобку и по рубашке, а сам спрятался за печку. Утром просыпаются братья, удивляются – откуда появились колобки и рубашки. Пробуют колобки – вкусно:

– Кажется, будто на материнском молоке эти колобки испечены!

Примерили рубашки – всем впору:

– Кажется, будто родная матушка эти рубашки сшила. Тут выходит девятый брат из-за печки и говорит:

– Я ваш брат, пришел за вами! Съешьте эти колобки, наденьте рубашки, я вас отведу домой, к родной матери.

Обрадовались братья, собрались в дорогу и пошли все вместе к матери. Где пройдут – там темный лес светлеет. А мать, как увидела их, заплакала, запричитала от радости.

Зажили они на славу, без печали и горя.

Ходили там нищие, милостыню собирали. Увидали они мост и пошли по нему. Смотрят – стоит на острове богатый дворец. Подошли к дворцу, дивятся. Тут выходят из дворца девять молодцев чудесных, красавцев невиданных. Повели они нищих в дом, приняли как гостей, накормили, напоили. Погостили нищие и обратно засобирались. А царица им еще с собой всякого добра надавала. Случилось нищим проходить мимо царского дворца. Увидел их царь, зазвал к себе:

– Заходите, люди добрые, расскажите, что видели и слышали.

– Есть у нас что порассказать. Ходили мы, ходили по свету, притомились, пришли на берег моря отдохнуть, видим – серебряный мост с медными перилами. Пошли мы по мосту и попали на остров. Пустынный это был раньше остров. А теперь на том острове дворец лучше царского! Из дворца вышли девять молодцев, все красавцы, один к одному: руки от запястья золотые, ноги по колено серебряные, по месяцу на висках, солнышко на макушке светится, на каждом волоске по звездочке небесной! И мать у них пригожая да ласковая. В саду у них птички поют, деревья диковинные растут. Угощали там нас на славу и с собой еще дали!

Царевич задумался, тоска его одолела, по всему выходит, что это его жена с сыновьями. Просит он нищих проводить его на остров к тому дворцу. Отправляются они в путь. Подходят ко дворцу – им навстречу девять чудесных братьев. И сразу кругом засияло, засверкало, даже глазам больно. А следом за молодцами мать выходит. Узнал тут царевич свою жену, упал перед ней на колени, просит прощения" домой зовет. Жена ему отвечает:

– Не пойдем мы с тобой, Сюоятар нас погубит!

– Об этом вы не тужите! – говорит царевич.

И отправляются все с царевичем. Сын берет у матери шелковый платок, ударяет три раза крест-накрест – дворца как не бывало. Переходят мост, опять сын ударяет – и мост исчез.

Как увидела Сюоятар чудесных молодцев и с ними их мать и отца – так и слова сказать не может. Быстрехонько скрылась с глаз долой, задворками, задворками – и до лесу добралась. Пока спохватились – ее и след простыл.

А царевич устроил такой пир, какого еще не видывали в этом царстве. И я там была. Дали мне узорчатые варежки, гороховую плеть, восковую лошадь. Поехала я мимо поповского гумна – гумно загорелось. Лошадь моя от жары растаяла, узорчатые варежки сгорели, гороховую плеть куры склевали. Так мое добро и пропало, на том и сказке моей конец.