Пастушка и белый волк

Давным-давно в маленьком домике на краю деревни жила бедная сирота. С раннего детства она работала на хозяина, все лето пасла овец в горах, пряла пряжу, вязала чулки и варежки, а зимой от ранней зари до позднего вечера ткала. Шло время, и из бедной сиротки выросла девица пригожая да в работе ловкая.

Как-то раз под вечер пасла она на лугу овец и вязала чулки, как вдруг из леса донесся жалобный плач. Не то дикий зверь скулит, не то ребенок плачет.

Не выдержала и пошла на голос. Плач раздавался из самой чащи, кусты царапали руки и ноги. Как вдруг под деревом она увидела огромного белого волка. Шерсть у него отливала серебром, но в зеленых глазах затаилась боль. Волк стоял, подняв лапу: видно попала в нее колючка, которую он сам не мог вытащить.

Испугалась пастушка и бросилась было бежать, да только жалко ей стало зверя.

– Я помогу тебе, белый волк, вытащу колючку! – тихо сказала пастушка.

Вытащила девушка колючку из лапы, волк с благодарностью лизнул ей руку и скрылся в чаще, да так тихо, что ни одна веточка под лапами не затрещала, ни один листочек не шелохнулся.

Девушка вернулась на луг и тут застыла от ужаса: овец на лугу не было. Долго звала она их, искала, сбегала посмотреть, не вернулись ли они домой, но овцы как сквозь землю провалились.

– Пойду я искать овец в лес, а если к утру не найду, отправлюсь куда глаза глядят, ведь без овец я хозяевам на глаза показаться не смею, – горько плакала сирота. – А несколько серебряных, что должна мне хозяйка за работу, останутся ей в уплату за пропажу.

Сколько она не искала овец, как ни звала их, ни разу не зазвенел колокольчик, не заблеяла овца. Наконец девушка совсем выбилась из сил и взобралась на высокое дерево, чтобы дикие звери ее не достали.

Ночь была темная, вокруг ни огонька, глаза у пастушки от усталости тут же и закрылись. Проснулась она от того, что кругом вдруг посветлело, будто яркий месяц на небе вышел.

Посмотрела девушка вверх, но лес был такой густой, что и краешка неба не было видно, ни одна звездочка не блестела. Казалось, что серебряное сияние прямо из земли исходит. Взглянула она вниз и увидела под деревом белого волка. Сбросил он свою серебристую шубу и превратился в стройного юношу.

– Не бойся, пастушка, – тихо заговорил он. – Ведь я такой же человек, как и ты, заколдовал меня злой колдун-великан, превратив в белого волка. Только темной ночью и всего на одну минуту могу я сбросить волчью шкуру. Но колдун из себя выходит, когда меня кто-то жалеет. Это он украл твоих овец на лугу за то, что ты не оставила меня в беде и вытащила из лапы колючку. Мой отец, испанский король, пережил из-за него много страданий, вот уже семь лет, как он ничего обо мне не знает – ни где я и жив ли вообще. От горя он совсем занемог.

– А можно ли снять с тебя заклятие? – спросила пастушка.

– Можно, но сделать это очень трудно, – вздохнул королевич.

– Ты только скажи как, может я смогу помочь.

– Колдун сказал, что его чары разрушатся, и я навсегда сброшу волчью шкуру лишь тогда, когда из любви ко мне девушка соткет для него солнечную ткань из золотых волос. Хочет он сшить себе изэтой ткани кафтан, рубашку и штаны, – перечислил королевич. Пастушка лишь руками всплеснула.

– Да где же взять столько золотых волос? – удивилась она. – Ведь у наших девушек волосы черные, как воронье крыло. Но не печалься, я отправлюсь хоть на край света, но найду золотые волосы, чтобы их хватило на ткань для великана.

Не успел королевич поблагодарить пастушку, как в ту же минуту снова превратился в огромного белого волка, завыл, так что горы задрожали, и скрылся в чаще.

Когда рассвело, слезла девушка с высокого дерева и отправилась искать золотые волосы для солнечной ткани.

Путь ее пролегал через горы и долины. Девушка шла то весело подпевая птицам, то с трудом пробиралась сквозь непролазную чащу, где и краешка неба не было видно. Затем тропинка привела ее в суровые, скалистые горы. Тут налетевший ветер чуть не сбросил пастушку в глубокую пропасть, но наконец, на третий день к вечеру добралась она до ворот большого города.

Даже во сне не могла она себе представить столько людей, сколько было на городской площади. Люди смеялись и веселились, хмурились и ругались, покупали и продавали, одни спешили, другие плелись, едва передвигая ноги, словом, каждый делал, что хотел. Девушка, немного освоившись, подошла к домику, где на лавочке сидела старушка, поздоровалась с ней и спросила, есть ли у них в городе люди с золотыми волосами.

– Откуда же здесь таким взяться? – удивилась старушка. – Ты и сама посмотри, у молодых волосы черные, как ночь, а у старых – будто снег голову припорошил. Только у двоюродной сестры нашей принцессы волосы и точно отливают золотом. Я даже и не знаю, откуда она такая взялась.

– Добрая старушка, скажи, где найти мне принцессу с золотыми волосами?

– Живет она на горе на седьмой улице, в седьмом дворце, – отвечала старушка. Поблагодарила ее девушка и побежала в гору да так быстро, будто за ней кто гнался. Старушка ей вслед толькоголовой покачала. Прибежала девушка на седьмую улицу, нашла седьмой дворец и постучалась.

Окно распахнулось, и из него выглянула девушка с густой вуалью на лице.

Набралась пастушка смелости и спросила:

– Не нужна ли вам служанка, госпожа? Три дня я добиралась до города, надеясь найти здесь работу, и вот уже едва на ногах стою, но места так и не нашла.

– Входи во дворец. Уже целую неделю никто как следует не расчесывал мои волосы.

Резво, словно белка, пастушка вбежала во дворец. Слуги накормили и напоили ее, умыли и приодели, отвели в покой принцессы.

– Добрый вечер, госпожа, – поклонилась девушка. Принцесса только взглянула на нее, и девушка ей сразу понравилась.

– Вот золотые гребни, щетки, черепашьи заколки, покажи, что ты умеешь! – с этими словами принцесса сняла с головы вуаль, и вся комната залилась золотым светом, длинные волосы словно золотой дождь падали с головы до пят. Пастушка замерла от изумления, нерешительно взяла гребни и принялась расчесывать волосы принцессы. Расчесав, она заплела из в три толстые-претолстые косы.

– Если ты будешь каждое утро и каждый вечер так умело и хорошо расчесывать мои волосы, – с улыбкой сказала принцесса, – то ты не пожалеешь, что поступила ко мне на службу.

На третий вечер расплела пастушка золотые косы принцессы, разложила дорогие гребни и так тяжело вздохнула, что принцесса обернулась и спросила:

– Что с тобой? Что тебя печалит? Или тебе не нравится у меня?

– Госпожа моя, мне у вас так хорошо, как никогда прежде и не было. Только вспомнился мне королевич-