Волос в семнадцать сажен длиной

Женился он на Манггуане, хотя ее мать от досады локти кусала. Живут они день, живут другой. Захотел Бендурана отвезти жену на бугийскую землю, в отцовское царство, а мать ее не пускает. Простить не может своему зятю коротких волос и шапки сонгкок.

Манггуана полюбила молодого мужа, а матери боится. Вот и попросила она мать принести ей воды из дальнего источника. Вода там текла из расщелины по одной капле.

Дала Манггуана матери табунг с дырявым донышком: в такой хоть набирай воду, хоть нет-никогда полон не будет.

Мать ушла за водой, а молодые скорее стали собираться в дорогу. Перед уходом попросила Манггуана мужа перенести на бугийскую землю колодец, что был позади ее дома. Для Бендураны это было делом нетрудным. Велел он слугам поднять колодец, и пошли они в бугийскую землю. В селе Пангга, возле города Ранте-пао, вода из колодца расплескалась. С тех пор в Пангге такая же вода, как в колодцах на горе Сесеан.

Долго набирала воду мать Манггуаны, а табунг все неполный. Наконец увидела она, что табунг дырявый. Тогда она вернулась домой и видит, что Манггуана убежала. Стала она плакать и стонать, в рот ничего не брала – и заболела.

А Манггуана в мужнином дворце не забывала о матери. Она приказала собаке, которая прибежала за ней из родительского дома, сбегать в родное село и узнать, как живет мать. Собака вернулась во дворец усталой, сразу легла на пол. Манггуана догадалась, что мать тоскует.

Прошло некоторое время, она снова велела собаке отправиться в путь. Собака вернулась совсем больная, от еды отвернулась. Манггуана поняла, что мать ее больна, не ест и еле дышит.

В третий раз она послала собаку узнать, что с ее матерью. Собака вернулась, подошла к стене, прислонилась к ней и околела. Манггуана заплакала: она догадалась, что ее мать умерла и тело покойной уже прислонили к стене.

[Часть похоронного обряда у тораджей. Похороны продолжаются несколько дней. ]

Она стала просить мужа поскорее собираться в путь, поехать с ней в ее село в земле тораджей. Ей хотелось взглянуть в последний раз на мать и устроить праздник погребения.

Бендурана согласился, и они отправились вверх по реке Садан, а с ними еще человек пятьдесят. Бендурана взял с собой только шкуру буйвола и петушиную кожу.

Они шли так долго, что в деревне Манггуаны уже кончился праздник погребения. В одном селе Бепдурана стал скоблить шкуру буйвола и петушиную кожу. Оскребки тут же превращались в живых буйволов и петухов. С тех пор это село стали называть Киа, что значит «скребок».

Они шли мимо сел, и люди радовались, глядя на них. – «Видно большой будет праздник», – думали они и шли вслед за Бендураной, погоняли его буйволов. Понемногу у Бендураны стало видимо-невидимо буйволов, а за ним шли целые толпы людей. Каждый из них нес под мышкой петуха.

Когда они пришли в село, где жила Манггуана, мать ее уже год как умерла, праздник погребения давно кончился, и тело покойной понесли в пещеру, выдолбленную в скале, на склоне горы Сесеан.

Манггуана заплакала, накинула на себя лубяную рубашку в знак траура. Выбежала она вперед, ке велит людям хоронить свою мать. Они ее не слушают, хотят с похоронами скорее покончить-видят, идут издалека толпы людей, думают, это враг на них войной идет. Пока они спорили, подошел Бендурана с народом – тем уж деваться некуда. Тут показала им Манггуана свои царские одежды и сказала:

– Мы не войной на вас пришли. Хочу я устроить большой праздник погребения в честь моей матери. Пусть это будет второй праздник.

Крестьяне были рады, что дело кончилось миром, а когда увидели всех буйволов и петухов, у них глаза разгорелись и слюнки потекли.

И стали они резать несчетное множество буйволов и стравливать петухов, а убитых съедали. То же было и с буйволами – их мясо делили между всеми гостями. А еще односельчане Манггуаны закололи много свиней. Они меняли их на буйволов-ведь Бендурана не привел с собой свиней из бугийской земли. Много дней все веселились и пировали. Только когда окончился праздник, мать Манггуаны похоронили.

Говорят, возле Рантепао есть люди – они сами видели, как множество людей шли вдоль берега реки Садан к верховьям, а потом возвращались вниз по течению. Посчастливилось им: кто увидел это шествие своими глазами, у того дом будет – полная чаша и все ему будет в жизни удаваться.