Грошовый слуга

«Чудо-жемчуг скрыт был средь мусора и аи!» – пробормотала она. Слуга же грошовый-дешевый лишь улыбнулся в ответ, но тайны своей не раскрыл.

У царевны было ни много ни мало – семь братьев. Каждый день выезжали они на охоту. Захотелось как-то и слуге грошовому поохотиться.

– Твой отец – всесильный царь,– пристал он как-то к жене,– неужели же ты не можешь раздобыть для меня ружье и коня? Чем я хуже твоих братьев, не грешно и мне поохотиться!

Царевна помнила гневные слова отца, уж очень не хотелось ей показываться во дворце, но еще больше она не хотела огорчать своего мужа.

Явилась она к царю и говорит:

– Супруг мой хочет пойти на охоту, извольте дать ему ружье и коня.

– Твой муж, видно, совсем обнаглел! – закричал на нее царь.– Ни совести у него, ни стыда! Сам бродяга, нищий, а тоже мне – в охотники лезет! С царскими сыновьями хочет силой помериться!

Царевна молчала, глаз поднять не смела на разгневанного отца. Гнев царя немного поутих, и он, усмехаясь, приказал выдать дочери из своей конюшни осла и из своей оружейной ломаное ружье.

– Достойны охотника и конь, и оружие, вот уж поохотится наездник-прыгун, зверя попугает,– поддакивали царю придворные.

Вышла царевна, опустив голову, из дворца, ружьишко несет, осла захудалого под уздцы ведет. А мимо важно прогарцевали на холеных статных конях семеро братьев-молодцов. На охоту едут на царскую. Взял грошовый слуга ломаное ружье, сел на осла и поспешил за царевичами. А те нарочно медленно едут, красуются да назад поглядывают, посмеиваются. А слуга грошовый принялся кривляться, будто шут, сынков царевых потешать. Мол, глядите на меня, каков я дурачок-простачок, слуга грошовый, дешевый! Держит он ружьишко задом наперед, на осле сидит лицом к хвосту. Царевичи вовсю хохочут, над слугой грошовым потешаются.

– О-хо-хо! Бойся, зверь! Беги, жизнь свою береги! Едет по лесу царь охотников! Зверь лесной, спасайся, на глаза не попадайся!

Свистят, улюлюкают царевичи, от смеха трясутся, захлебываются. Натешились, насмеялись царевичи вдоволь и ускакали в лес. Остался слуга грошовый один. Проехал он немного, отпустил осла, вынул волшебный волос зеленый, протянул его к солнцу. Явился к нему зеленый конь. Стоит, гривой могучей трясет, о землю копытом бьет, изумрудной сбруей гремит. А рядом одежда зеленая лежит, а в придачу ружье и снаряженье охотничье. Переоделся слуга в зеленый наряд, вскочил на коня и помчался догонять царевичей.

Меж тем царевичам-братьям удалось напасть на след зверя. Понеслись они, погнали зверя. Да куда там! Ушел от них зверь в непроходимую чащу, только коней зря исхлестали! Целый день выслеживали они добычу, и сквозь заросли пробирались, и ползли, подкрадывались, и стреляли, пороха не жалели,– все понапрасну! И вот наступил вечер. Пришлось царевичам назад поворачивать. А у слуги грошового была богатая добыча. Подстрелил он оленя, и леопарда, и кабана, и тигра, и даже льва. Оставил всю добычу в лесу. Только отрезал у оленя рога, у леопарда шкуры клок, у тигра хвост, коготь у льва да клык у кабана, завязал все в узел и отправился к себе домой. Возвращаются в свой дворец и семеро братьев-царевичей, злятся, досадуют, друг друга ругают.

– Олень, ай олень! – вдруг разнеслось по лесу.

– Леопард! – послышалось рядом.

– Кабан, кабан попался! – кричали с другой стороны.

– Тигр, глядите, тигр! – раздавались крики из глубины чащи.

– Лев, лев! Вижу льва! Подстрелил льва! Убил льва! – послышалось сразу с трех сторон.

Это кричали братья: они натолкнулись на убитых зверей, которых оставил в лесу грошовый слуга. Накинулись братья на добычу, всю порасхватали. Поскакали домой и гордо головы подняли, сияют от радости. Пришли во дворец и показали царю свои охотничьи трофеи. Возрадовался царь, загордился своими сыновьями, хвалит их не, нахвалится. А слуга грошовый тем временем не спеша доехал до дому и говорит жене:

" Повезло твоим братьям на охоте. С огромной добычей вернулись. Им удача, а мне неудача. Сходи, попроси У них хоть кусочек. Очень уж мясца от их добычи отве-Дать хочется.

И снова пошла царевна во дворец. Стала просить У жен братьев-царевичей:

– Отрежьте и для нас хоть по маленькому кусочку от вашего праздничного обеда, окажите милость, сестрицы!

– Ишь чего захотела, жена нищего! И не стыдно тебе попрошайничать! Иди к себе, ешь-ка лучше свой обед, а в чужой нос не суй! Скажи-ка, что тебе твой дурачок из лесу принес, какая у него добыча? На осле ведь поехал охотиться! – одна за другой язвили жены царевичей, но царевна стояла молча и не уходила.– Да уйдешь ли ты, наконец, попрошайка, не видишь, сколько у нас дел! Шутка ли, такая добыча, столько мяса напарить-нажарить! – хором закричали на нее невестки.

Заплакала царевна, повернулась и ушла.

– Ни за что в жизни к ним ходить не буду, себя позорить. Чтобы я хоть раз у них что-нибудь попросила! – сказала она, воротившись, мужу.

Однажды слуга грошовый и царевна пошли в лес погулять. Видят – стоит пустая хижина. Зашли они в дом, решили отдохнуть. Царевна принялась готовить обед. Поблизости же в том лесу охотились семь братьев. Преследуя зверя, они выбились из сил. Измученные усталостью, изнывающие от жажды. пробиралась братья на взмыленных конях сквозь лесную чащобу, как вдруг видят, вьется дымок. Заметили на полянке хижину и устремились туда. Ах, скорей бы воды напиться, уж очень мучит их жажда. У дверей встречает их слуга грошовый.

– Воды, поскорее воды! – прокричали ему еще издали царевич.

– Заходите, гости дорогие, отдохните с дороги.

– Нет, нет, мы просим лишь водицы подать, ох как пить хочется, умираем от жажды!

– Что вы, почтенные! Не годится пустою водицей потчевать. Вы непременно должны отобедать. Входите, располагайтесь поудобнее; скоро и обед поспеет, подождите немного.

Делать нечего, вошли братья в хижину, расселись вокруг на циновки, стали ждать обеда. Вскоре вошел хозяин с едой, съели они угощенье, хотя и кусок в горле застревал – так их мучила жажда. От острых приправ им еще больше пить захотелось. Вышел тут хозяин – слуга грошовый, принес громадный кувшин и поставил перед братьями.

– Припас я для путников, мучимых жаждой, полный кувшин с ледяной родниковой водицей. Но дам вам напиться лишь с одним условием. Каждому из вас я поставлю на голове клеймо, а потом пейте сколько хотите. Умирающим от жажды братьям пришлось согласиться. Грошовый слуга накалил на жаровне монетку и заклеймил ею головы всем семерым братьям. И пили они холодную, ароматную воду, забыв обо всем. Затем царевичи, еле оторвавшись от кувшина с водой, отправились во дворец. Слуга же грошовый с женой вернулись в свою лачугу.