Про Королька, про Зиму, про Орла и про Королевского сына

— Ловко! — сказал принц.— Теперь моя очередь.

Вслед за тем он тихонько прошептал слова:

— Косуля, лети на родину, в Египет — вот уже семь лет, как ты здесь, и ни разу не отведала железа.

Тотчас же кегля поднялась в поднебесье, да так высоко, так высоко, что скоро ее не стало видно; и сколько они оба ни ждали, она не упала наземь.

— Я выиграл! — сказал принц.

— Значит, каждый из нас выиграл по одной

партии; завтра мы сыграем в другую игру,— сказал орел.

Он в слезах вернулся домой и поведал свое горе старой орлице. Та сказала:

— Надо его зарезать и съесть, к чему еще мешкать?

— Но ведь я его еще не одолел, матушка; завтра мы сыграем в другую игру, посмотрим, как он выпутается.

— Пока что принесите мне воды из родника, во всем доме ни капли нет.

— Ладно, матушка, завтра утром мы с принцем пойдем за водой, и я предложу ему потягаться, кто больше притащит за один раз в бочке.

Орел тотчас отправился к принцу и сказал ему:

— Завтра утром мы сходим за водой для моей матушки — посмотрим, кто из нас больше притащит за один раз.

— Отлично,— сказал принц,— ты только покажи мне, в чем ее надобно носить.

Орел тотчас показал принцу две бочки, вместимостью в пять бочонков каждая; сам он легко подымал по одной такой доверху полной бочке на ладони каждой руки,— ведь он был то человеком, то орлом, по своей прихоти.

Принц обеспокоился пуще прежнего и опять пошел к сестре орла.

— Вы обещаете хранить мне верность? — спросила она его.

— До самой смерти,— ответил принц.

— Так вот, завтра утром, когда брат возьмет свою бочку, чтобы идти с ней к роднику, вы ему скажете: «Да на что нам бочки? Оставь их тут, они совсем не нужны, а лучше дай мне кирку, лопату и носилки». Брат спросит: «На что это тебе?» Вы ответите: «Чтобы снять родник с места и перенести его сюда, это ведь гораздо удобнее: можно будет брать воду, когда только вздумается». Услыхав это, он пойдет за водой один,— ведь ни он, ни матушка не захотят испортить прекрасный свой родник.

Утром следующего дня орел сказал принцу:

— Пойдем за водой для моей матушки.

— Пойдем! — ответил принц.

— Вот моя бочка, а ты возьми вон те,— продолжал орел, указывая на две огромные бочки.

— Бочки? На что они нам? Чтобы терять время понапрасну?

— А как же иначе нам наносить воды?

— Дай мне просто-напросто кирку, лопату и носилки.

— Зачем они тебе?

— Как зачем? Остолоп! Да затем, чтобы перенести родник сюда, к самой двери кухни, тогда не придется ходить за водой в такую даль.

«Ну и силач!» — подумал орел, а вслух он сказал:

— Вот что, оставайся здесь, а я уж один, схожу за водой для матушки.

Так он и сделал.

Когда на другой день старуха опять стала говорить орлу, что самый верный способ избавиться от принца — это зарезать его, изжарить на вертеле и съесть, орел ответил, что с ним хорошо обходились у принца и он не хочет выказывать неблагодарность, но что он подвергнет принца другим испытаниям, из которых тому трудно будет выйти с честью.

И действительно, орел объявил принцу:

— Сегодня я управился один, а завтра уж настанет твоя очередь.

— А какая завтра будет работа? — спросил принц.

— Матушке моей нужны дрова, ей нечем топить кухню. Нужно будет срубить аллею старых дубов — вон там — и сложить их здесь, во дворе, чтобы у нее был запас дров на зиму; все это должно быть сделано до захода солнца.

— Ладно, сделаю,— сказал принц, притворяясь беззаботным, хотя на самом деле сильно обеспокоился.

Он и в этот раз пошел к сестре орла.

— Вы обещаете хранить мне верность? — опять спросила она его.

— До самой смерти,— ответил принц.

— Так вот, завтра, когда вы с деревянным топором, который вам дадут, придете в лес, снимите камзол, положите его на старый дубовый пень, что лежит там с вывороченными корнями, затем ударьте этим деревянным топором по стволу ближнего дерева, и вы увидите, что произойдет.

Принц так и сделал: чуть свет пошел в лес с деревянным топором на плече, снял камзол, положил его на тот старый, с вывороченными корнями дубовый пень, который был ему указан, затем деревянным своим топором ударил по стволу ближнего дерева, и оно тотчас затрещало и рухнуло.

«Ладно,— сказал себе принц,— если это такое немудрое дело, я мигом с ним справлюсь».

Он тотчас хватил топором второе дерево, потом третье,— оба они с первого же удара повалились наземь, и так дело шло дальше, пока во всей аллее не осталось ни одного не срубленного дуба. После этого принц не спеша вернулся в замок.

— Как, ты уже все сделал? — спросил его орел.

— Все! — ответил принц.

Орел мигом побежал в свою аллею; увидя, что все его прекрасные дубы повалены наземь, он заплакал и пошел к матери.

— Бедная моя матушка, я побежден. Все мои прекрасные деревья срублены! Я не в силах одолеть этого дьявола, ему, наверно, помогает какой-нибудь могучий волшебник.

В то время как он жаловался матери, вошел принц и сказал ему:

— Я трижды тебя одолел, теперь ты должен отдать мне свою сестру!

— Увы, это так,— молвил орел.— Забирай ее и уходи поскорее.

Вот как случилось, что принц увел с собой сестру орла. Но она пока что не соглашалась выйти за него замуж и не хотела даже сопровождать его во владения его отца. Она сказала ему:

— Теперь нам придется некоторое время пробыть в разлуке, потому что мы еще не можем пожениться. Но будьте верны мне, что бы ни случилось, и когда придет время, мы встретимся вновь. Вот вам половинка моего кольца и половинка моего носового платка: берегите их — они помогут вам в будущем узнать меня, если в том будет нужда.

Принц сильно опечалился. Он взял половинку кольца и половинку носового платка и один вернулся в отцовский замок, где все от души рады были его возвращению после такого долгого отсутствия.

Сестра орла нанялась в услужение к ювелиру, проживавшему в том городе и работавшему для королевского двора.

Спустя недолгое время принц совершенно забыл свою невесту: он влюбился в одну принцессу, прибывшую ко двору его отца из соседнего королевства. Вскоре назначен был день свадьбы; стали готовить великое пиршество и созывать многочисленных гостей. Ювелира, которому были заказаны обручальные кольца и всякие иные украшения, тоже пригласили, вместе с его женой и даже с ее прислужницей, которая славилась своей красотой и благородной осанкой.

Прислужница попросила своего хозяина отлить ей из чистого золота маленького петушка и такую же курочку и, отправляясь на свадебный пир, положила их в карман. За столом ее посадили как раз напротив новобрачных. Она положила на стол рядом с собой половинку кольца, вторая половинка которого была у принца.

Увидев эту половинку, новобрачная сказала мужу:

— У меня точь-