Боб

Может, я и надоел свято

Петру, но все-таки попробуем».

Он влез в третий раз на небо и говорит:

— Здравствуйте, сударь святой Петр.

— Опять ты здесь?

— Что поделаешь, меня опять обокрали.

— Потому что ты снова пошел в трактир. А ведь предупреждал тебя!

— Это верно, — ответил старик, — но я не могу удержаться, чтоб туда не ходить, ведь я уж говорил вам.

— Сегодня ничего не могу тебе дать, кроме этой дубинки.

— А на что она мне сдалась? Разве что, с вашего позволения, бить собак по морде, когда я захожу во двор просить милостыню!

— А в ваших краях бьют собак по морде? — спрос святой Петр.

— Конечно, когда бедняк подходит к гумну, собаки всей фермы набрасываются на него с лаем и скалят клыки. Тут их бьют по разинутой пасти, чтоб отогнать.

— Нет у меня для тебя ничего, кроме этой дубины. Проваливай вместе с ней!

— А что мне делать с этой деревяшкой, сударь свят Петр?

— Прикажешь ей выполнить свою обязанность. Вернувшись домой, старик решил посмотреть, умеет делать дубинка, и сказал:

— Выполняй свою обязанность! Тут на спину старика и его жены посыпался так

град ударов, что они не знали, куда деваться, и толь голосили благим матом. Наконец старик догадал крикнуть: «Дубинка, остановись!» — и дубинка успокоилась.

Старик подумал:

«Буду повсюду носить эту дубинку с собой, и встречу того, кто украл у меня осла и скатерть, то прикажу дубинке отколотить его».

Он пошел в трактир, где хозяин с хозяйкой стали называть его простофилей и даже смеялись над ним, как это он дважды позволил так глупо ограбить себя.

Старик, у которого они давно были на примете, сказал:

— Дубинка, выполняй свою обязанность, колоти тех, кто меня обокрал, пока они не вернут все, что забрали!

Дубинка выскочила из рук старика, замелькала в воздухе и с такой силой начала колотить трактирщика и его жену, что они сразу же покрылись синяками. Тут они взмолились о пощаде и стали клясться, что вернут все обратно.

— Дубинка, остановись! — крикнул старик. И со скатертью в кармане вышел из трактира и сел на своего осла.

Теперь у него была скатерть, кормившая его, осел, делавший деньги, и дубинка, чтоб их уберечь.