Сьер-батыр

Поднялся тут дракон выше всех небес, размахнулся хвостом, ударил богатыря, опалил его всего огнем-пожаром и вбил в землю по шею.

Но успел Сьер-батыр снять свой сапог и кинуть его в сторону коня. И бросился его белый аргамак ему на помощь, стал дракона копытами бить и зубами рвать.

Тем временем Сьер-батыр вылез из земли сильнее, чем прежде, ухватил дракона за хвост, ударил своим алдаспаном и отсек ему еще три головы. Взмолился тут дракон и говорит богатырю-великану:

— Не губи меня, оставь мне жизнь, а в награду за это я помогу тебе победить нашего царя, великого Асьтаху.

— Не нужна мне помощь противника. И я знаю: тот, кто изменяет своим один раз, изменит и еще раз, — сказал богатырь и взмахнул было своей тяжелой саблей.

— Я знаю много тайн,— взмолился опять дракон. — Например, у тебя в кармане уши моих меньших братьев. Как только ты вынешь их из кармана, нападет на тебя сам великий Асьтаха внезапно...

— Не нужны мне твои предательские советы,— скаказал ему Сьер-батыр и, взмахнув алдаспаном, отсек ему последнюю голову.

Смрадом наполнилась тогда вся земля. Тут Сьер-батыр собрал драконовы головы, отрезал уши, положил в карман. А потом головы и туловище завалил камнями. Ту-батыр так и не проснулся. Вернулся Сьер-батыр в дом, а там Юман-батыр спит, не шелохнется.

— Долго же ты спишь, братец мой средний,— укорил его Сьер-батыр, подымая от сна.

Тут и Ту-батыр вернулся с караула и качал ругаться:

— Нет там ни одной живой души, правда, я к утру заснул и какой-то дурень забил мне уши и ноздри мхом. Хотел я его проучить, а его и след простыл... — Подумав, добавил: — Думал сначала, что это ветер дул в мою сторону и мхом забил мне уши и ноздри, но ветра всю ночь не было...

— Едемте, братцы, дальше, — говорит им Сьер-батыр, — чую я, приближаемся мы к царству великого и страшного Асьтахи и ждут нас жестокие битвы.

И три богатыря тронулись в путь.

***

Едут и едут три богатыря. Едут мимо гор высоких, мимо лесов дремучих, по степи широкой. Проходят дни, недели, месяцы и годы. Голод их мучает, жажда томит, ко сну клонит. Хочется им хлеба поесть, воды испить, поспать-отдохнуть. Вот видят они впереди гору, а на горе — деревню из девяти домов под одной крышей.

Поехал туда Сьер-батыр поискать-попросить хлеба насущного, воды животворной, угла для отдыха. Подъезжает к крайнему дому, смотрит в окно: на золотом стуле красавица со змеиным хвостом сидит, на лбу три звезды, на груди две звезды, в ушах звезды и на запястьях звезды. Сидит, ребенка в зыбке укачивает, а сама напевает:

— Едут три брата-богатыря, едут убийцы твоего отца, едут голодные, жаждой томимые, сильно усталые. Хотят они свет найти, солнце и луну спасти, победить моего отца, твоего дедушку. Вот выйду я им навстречу, стану мягкой постелью-периной, не стерпят они, лягут отдохнуть и погибнут... А кто слышит мои слова и передаст другим, тот сам станет пухом белым...

Тихонечко отошел Сьер-батыр, вернулся к своим и ни слова им не говорит о том, что слышал.

— Устали мы ,— говорят ему младшие братья.

— Но здесь негде отдохнуть, поехали дальше, — промолвил им Сьер-батыр.

Вон виднеется деревня из девяти домов, поедем туда,— говорят ему младшие братья.

Деревня из девяти домов, но под одной крышей,— таинственно промолвил Сьер-батыр, — туда мы не должны заезжать. Поторопимся, братцы мои названые.

И вот тронулись они дальше. Вдруг видят: перед ними — постель-перина.

— Вот здесь мы можем отдохнуть! — обрадовались Ту-батыр и Юман-батыр.

Бросились они к перине, но и тут Сьер-батыр опередил их. Подлетел он на белом коне, ударил ее алдас-паном и рассек вдоль и поперек. Постели как не бывало, только кровь черная потекла по степи широкой быстрой рекой.

Но не поняли Юман-батыр и Ту-батыр, от какой смерти спас их старший брат, стали они возмущаться:

— Ты хочешь нашей, что ли, погибели! Послушались тебя мы, за тобою шли, ни в чем не перечили. А ты последнюю нашу надежду — теплую постель уничтожил!..

Хотел им Сьер-батыр рассказать все то, что он услышал у дома, что на горе был, но вовремя все вспомнил — говорить об этом нельзя, иначе он сам превратится в пух. Поэтому он не стал с ними спорить. А это совсем разъярило его меньших братцев.

— Мы больше не пойдем с тобой, — говорят они. — Ты погубишь нас своей злобой ко всему. И малину ты погубил, и родник ты погубил, а теперь перину уничтожил.

Тогда не стерпел Сьер-батыр, стал вынимать из кармана уши драконов, которые он отрезал перед тем, как схоронить головы и туловище под камнями, и говорит:

— Я ли не старался охранять ваш покой! Когда вы спали, усталые, и у голубой реки, и у белой реки, и у черной реки, мне приходилось охранять не только ваш

покой, но и вашу жизнь. Об остальном я не буду говорить...

— Мы не верим тебе! — закричали меньшие братья.

И Сьер-батыр начал вытаскивать из своих карманов остальные уши драконов.

— Вот уши трехголового дракона, напавшего на нас у моста голубой реки,— бросая уши драконов по очереди на землю, говорил Сьер-батыр.— А это — уши шестиголового, который напал на нас у белой реки, когда ты, Юман-батыр, стоял на карауле и заснул, а мне пришлось биться с врагом... А вот это — уши девятиголового дракона, который напал на нас у черной реки, когда ты, Ту-батыр, заснул на карауле. Тогда тоже мне пришлось вступить с ним в бой.

— А кто забил нам уши и ноздри мхом, когда мы заснули на карауле? — спросили удивленные богатыри Ту-батыр и Юман-батыр.

— Я это сделал. Не хотелось мне тревожить вас. Я хотел, чтобы вы спали и силы набирались.

— А почему ты уничтожил эту малину, что встретили мы на пути? А зачем ты уничтожил родник, а затем и перину? — спросили меньшие братцы у старшего.

Но не успел им ничего сказать Сьер-батыр. Послышался в это время гул, подул вдруг страшный, холодный ветер.

— Прав, оказывается, был девятиголовый дракон! — воскликнул тут Сьер-батыр и приказал своим меньшим братьям приготовиться к битве с самим великим Асьтахой, проглотившим луну и солнце, все народы и племена, живущие на земле...

***

Застигнуты были три богатыря врасплох великим Асьтахой.

Не успел, как прежде, Сьер-батыр побегать по степи, покататься на земле, набраться силы.

Бурей налетел на них великий дракон Асьтаха.

Это был двенадцатиголовый дракон. А каждая голова у него была величиною в дом. А одна, самая страшная,— величиной в огромный дворец.

Асьтаха настиг богатырей, свернулся вокруг них кольцом и как оградой окружил всех, пасть разинул, что ворота широкие и как бездны глубокие. Вздрогнули кони, заржали.

Вытащил Сьер-батыр свою тяжелую саблю из ножен и бросился на великого дракона.