Ондрей-стрелец

Когда прилетела она к скокушке-бабушке в болото, и спросила:

– Знаешь, скокушка-бабушка, где то, не знай что?

– Знаю, – говорит.

– Так скажи.

– Нет, не скажу. Тогда я скажу, когда ты меня пронесешь до огненной реки в пареном молоки, тогда я тебе скажу, а раньше не скажу.

Берет она скокушку и приносит в себе. Берет кувшин молока и начала парить. Вот когда она попарила, посадила эту бабушку-скокушку, лягушку то есть, и приходит к своему зятю:

– Ну, зять, одевайся, поедешь, дам я тебе своего коня.

Оделся наш Ондрей-стрелок, и выводит теща своего коня. Потом ему и говорит:

– Вот лети на этом коне до огненной реки, а у огненной реки коня уже не будет, и спрашивай у бабушки, как попасть дальше.

Когда он доехал до огненной реки, коня у него уже не стало, остался один кувшин, и стал за ниточку вытягивать эту скокушку. Вытянул скокушку, она ему и говорит:

– Садись, Ондрей, на меня, пока не поздно.

А он ей и говорит:

– Что ты, бабушка, эка маленька, я тебя задавлю.

– Ну, садись!

Долго он мешкал, не садился, наконец:

- Ну, ладно, сяду.

Сел, и эта лягушка стала подниматься кверху, кверху и стала выше лесу и все его упивала в себя, только видна одна голова.

Вот она и заговорила:

– Ну, держись крепко!

Как эта лягушка скочит, так и прыгнула через огненную реку. Выпустила она его. Он начинает ее спрашивать:

– Да где же, бабушка, есть то, не знай что?

– То-то, если бы ты не спросил, так и не узнал. Теперь я тебе скажу.

Вот начинает бабушка:

– Вот где то, не знай что живет: иди по этой дорожке, долго тебе, конечно, покажется итти, ну, иди. Увидишь дом – не дом, сарай – не сарай, помещенье – не помещенье; заходи в него, дом совершенно пустой, развалившись только одна печь. Зайдешь в этом дом и становись за печь. Зайдут два молодца и скажут: Сват Наум, попить, поесть". Заиграет музыка разная, накроются скатерти бранные, напивки-наливки, вина заморские. Вот и ты до тех пор стой, пока они не уйдут и комната будет совершенно пустая. Тогда выходи и говори: «Сват Наум, попить, поесть». И тебе то же самое будет. Старушка ему еще сказала:

– Когда будешь пить и есть, то угости свата Наума рюмочкой, тогда он от тебя никуда. Это будет то, не Знай кто.

Это все обсказала бабушка-старушка-скокушка. Он поблагодарил ее и сам отправился в дорогу. Вот идет он себе долго, наконец, увидал; да, дом – не дом, сарай – не сарай. Заходит в него, совершенно пустой, развалившись, одна печь. И вдруг видит, приходят два человека молодых, сейчас сказали:

– Сват Наум, попить, поесть!

И откуль возьмись, накрылись скатерти бранные, напивки-наливки, заморские вина разные, и комната переменилась совсем другая.

Вот когда они пошли, вышли прочь, то комната стала опять пустая. Тогда выходит Ондрей из-за печи. Когда он вышел из-за печи, и заговорил:

– Сват Наум, попить, поесть!

Так же и ему сделалось, накрылись скатерти бранные, напивки-наливки, вина заморские, и также водочка и рюмочка, и все на свете. Вот он сел за стол и начал есть, и говорит:

– Сват Наум, нельзя ли вторую рюмочку! Сват Наум подает ему вторую рюмочку.

– Сват Наум, угостись второй рюмочкой от меня, дорожного человека.

Когда сват Наум выпил рюмочку и заговорил:

– Ну, Ондрей-стрелок, ты меня угостил рюмочкой, а уж я от тебя никуда. Я двух дураков кормлю тридцать лет, а от них еще горелой корки не видал.

Когда Ондрей его угощал, он говорит:

– Сват Наум, покажись!

– Нет, – говорит, – я есть такой дух, что меня никто не видит, я есть то, не знай кто.

Вот Ондрей выпил, поел и стал собираться.

– Ну, что, сват Наум, ты пойдешь со мной?

– Конечно, я всегда за тобой.

– Куда?

– Ну, пойдем.

Долго Ондрей шел по дороге и все спрашивал; – Сват Наум, ты есть?

– Есть, я от тебя никуда.

Наконец, приходит Ондрей к морю. Когда он пришел к морю, и говорит:

– Сват Наум, а куда мы сейчас пойдем?

– Погоди, Ондрей, сейчас приплывет корабль, и мы поплывем на нем.

Вдруг ниоткуда возьмись корабль; приплывает шлюпка и перевозит его на корабль. Когда вступил он на корабль, то спросил:

– Сват Наум, ты есть? – Есть, есть, я от тебя никуда.

Ну, на корабле не было никакого человека. – Как же, сват Наум, у нас людей нет, кто у нас будет править? Нет ни штурманов, ни матросов.

То сват Наум сказал:

– Ложись спать, а я один управлюсь.

Вот Ондрей лег, поспал, вставает. Говорит ему сват Наум; – Ну, Ондрей, приплывем мы к одному острову, и на этот остров мы высадимся, поселимся то есть.

Вот они приплывают к одному острову. Сейчас спускается с корабля лодка, перевозит их на остров, а уж корабль исчез.

Они заходят на остров, остров стоял на море. Сват Наум и говорит:

– Вот что, Ондрей, на этом острове мы построим дворец и обнесем садами. Мимо острова пойдут три корабля, они зайдут к нам в гости.

Сейчас же сват Наум построил дворец, обнесли сады вокруг, и начали жить, продолжать жизнь вперед. И говорит ему сват Наум:

– Через два дня приплывут сюда три корабля. И они Этакой резкости еще не видали, ходят тридцать лет мимо этого места, а жилья здесь не видали. И они как раз тут остоятся и придут к нам. На этих кораблях у капитанов есть три вещи, диковинки, которые нам нужно захватить с собой на обмен меня. Они согласятся, а я от тебя никуда. Когда мы их напоим, накормим, подпоим пьяненькими, они будут хвастать своими диковинками, и будут спрашивать у тебя: «Что у тебя за сват Наум?» Вот как раз несколько времени проходит, п плывут три корабля. Сошлись все вместе и стали дивиться:

– Что такое, тридцать лет плавали, такой диковинки не видали. Какой приехал сюда, построил дворец, надо посмотреть.

Вот они остановились – все три корабля, – все капитаны с матросами, штурманами, спустили лодки и поехали на гору.

Когда они приехали на гору, и заходят в этот дворец. Их Ондрей-етрелок встретил и сказал:

– Сват Наум, попить, поесть, угостить моряков, и скатерти бранные, напивки-наливки, разные заморские вина!

И это все было сделано. Сели гости за стол. Когда стали водочку выпивать, охмелялись порядочно. Вот и начинают у него спрашивать:

– Что у тебя, Ондрей-стрелок, есть за сват Наум, какой он человек, и давно ли ты поселился здесь на острове? Он тогда им и говорит:

– Это есть сват Наум – мой друг, он исполняет все мои приказанья, и куда лишь хотел поселиться, туда бы с ним я и уехал.

– И что он за человек, как бы его посмотреть?

– Я не знаю, я и сам не видал его, он есть такой дух, что его никто не видит.

Когда напились эти гости, и стали хвастать. Один капитан и говорит:

– Да, Ондрей, у меня тоже есть диковинка: как захочу, у меня есть топор, скажу к дереву: «Топор, тяп-ляп, и сделайся корабь . И в ту же минуту будет. Тогда заговорил второй из капитанов:

– Да, у тебя ничего; ну, и у меня есть сабля такая.