Сказка о Тапагезе

Зажарил он их и в три глотка проглотил. Посидел он немного, повертел своим глазом то в одну, то в другую сторону, обернулся к девушке и говорит:

— Что это человечьим духом пахнет? А девушка отвечает:

— Я-то ведь человек! А больше кому сюда прийти: ведь все тебя как огня боятся.

Тапагёз поверил девушке, встал, выпил большую кадку воды, ещё одного буйвола зажарил, проглотил его в два глотка и лёг спать.

Как только Тапагёз заснул, девушка встала, хорошенько разожгла огонь, положила в огонь вертел, чтобы он докрасна раскалился. Привела она юношу, показала ему Тапагёза.

Юноша удивился:

— Вот так Тапагёз. Одна голова его весит пятьдесят пудов!

Как только раскалился докрасна вертел, схватил он его и вонзил в единственный глаз Тапагёза. Тот завопил не своим голосом, покатился по полу и издох.

Схватил его юноша, понёс и швырнул в ущелье.

Сели они вдвоём на своего коня и доехали до огромного города.

Юноша сломал калитку в царском саду, вошли они оба, привязали коня и сели поесть.

Пришёл сторож, увидел их и говорит:

— Слушайте, что вы за лица, что осмелились сломать калитку в царском саду?

А юноша отвечает:

— Я тот, кто может выколоть глаз твоему царю. Изумлённый сторож пошёл к царю, передал ему эти слова.

Позвал царь своего назира и говорит: — Может, этот юноша с голоду взбесился? Отнесите ему немного хлеба, пусть поест и уйдёт.

Вышел назир в сад.

— Вот,—говорит, — царь тебе хлеба послал. Подкрепись и уходи.

— Нет, — отвечает юноша, — в хлебе я не нуждаюсь.

Нарисовал он на бумаге пятнадцать навьюченных верблюдов и дал назиру, чтобы тот отнёс царю.

Царь нарисовал мешок зерна, что должно было означать: «Выведу столько воинов, сколько в мешке зёрен, и разобью тебя». А юноша нарисовал курицу, что должно было значить: «Моя курица всё это зерно склюёт». Мол, всё твоё войско один человек разобьёт.

Видит царь: просто так от него не отделаешься. Собрал войско, чтобы выгнать незваного гостя.

Увидел юноша, что войско идёт, сел на коня, выхватил свой тридцатипудовый меч и бросился войску навстречу. С одного конца в войско врубается, а с другого — выходит.

Потерял царь всё своё войско, а заодно и надежду от этого юноши избавиться. У царя на службе было ещё три дэва. Послал и этих трёх дэвов, но и все три дэва тоже погибли. Растерялся царь, созвал большой совет. Кто-то предложил позвать гадальщика.

Поглядел гадальщик в священные книги и говорит:

— Многие лета здравствовать тебе, царь. Ты помнишь, как много лет тому назад дочь царя Аслана похитил Тапагёз?

Царь говорит: говорит:

— Помню.

— Так вот, этот молодец пошёл и убил Тапагёза. Ты с двенадцатью царями и то не мог победить его, а он один победил. Так что же ты с ним можешь поделать?

Царь, как только узнал это, обрадовался и говорит:

— Раз так, не пятнадцать, а тридцать навьюченных золотом верблюдов дам ему!

Выслал он к юноше тридцать верблюдов, навьюченных золотом, а сам известил царя Аслана; «Поздравляю, приезжай ко мне. Твоя похищенная Тапагёзом дочь нашлась и находится на моей земле».

Царь Аслан, получив эту весть, поехал и привёз дочь и юношу в свой дворец.

Послал он за крестьянином, отцом этого юноши, и сделал его своим казначеем. Семь дней и семь ночей играли свадьбу.

Они добились своего счастья, а вы добейтесь своего!