Соколич Марфа (Соколова Елена)

Как зайчик умным стал

Жил в лесу маленький зайчик, такой трусливый, что слов нет. Птица крикнет – зайчик подпрыгнет, ветка треснет – зайчик вздрогнет, ветер поиграет верхушками деревьев – у трусишки душа в пятки упадёт.

И вот однажды, когда он сидел посреди поляны и дрожал от страха, со стороны старой ели послышался подозрительный шорох. Встрепенулся трусишка, смотрит: кто-то идёт, и прямо к нему. Трава так ходуном и ходит. Затрясся зайчик, словно берёзовый лист, успел лишь подумать: «Ну, вот и всё…», после чего глаза закрыл и думать перестал. А этот кто-то подошёл совсем близко, да ещё и громко засопел. Тут хочешь-не хочешь – зуб на зуб попадать перестанет.

Целую вечность молчал неведомый хищник, потом чихнул и скрипучим голосом спросил:

– Эй, зайчик, кхе-кхе, ты чего с закрытыми глазами сидишь?

А трусишка и словечка вымолвить не может.

– Глаза-то открой! – посоветовал злодей.

Зайчик бы и рад посмотреть на того, кто его сейчас съест, только веки стали тяжёлыми, не поднять. Неожиданно злодей фыркнул:

– Как же, заяц, я от тебя устал!

Несправедливость была такой огромной! И трусишка горько всхлипнул:

– Но я… в травке сижу! Тихохонько!

– Ничего себе! Тихохонько! А ды-ды-ды на весь лес кто стучит? Медведь, что ли?

– Ой, – простонал трусишка, – так ты не медведь?! – и лапы к глазам прижал.

В ответ зверюга зловеще произнёс:

– Тигр я.

Едва услышал зайчик про тигра, как уши у него вниз опустились, однако он собрался с силами и пролепетал:

– А у нас тигры не водятся… В нашем лесу…

– Специально ради тебя приехал, чтобы посмотреть на самого трусливого зайца в мире, – ответил зверь и странно закашлялся. А когда успокоился, скомандовал, – Глаза открыть, раз-два!

– Так ведь страшно, – отозвался трусишка и один глаз приоткрыл. А перед ним, оказывается, ёжик стоит. Зайчик тотчас об опасности забыл и в улыбке расплылся, однако ёжик насупился, иголками пошевелил, головой качнул и признался:

– А мне, думаешь, не страшно? Идёшь себе спокойно, природой любуешься, птичек слушаешь, и вдруг ты… Как выскочишь… Как понесёшься…

– Что же мне делать? – расстроился зайчик. – Я ведь не специально.

– Тренироваться тебе надо. Храбрость развивать, – ответил ёжик, развернулся и – нет его, в траве исчез.

Растерялся трусишка. Прежде-то он, как все прочие зайцы, старался быстрее бегать, выше прыгать… А храбрость, как её развивать?

Первый раз в жизни пропал у зайчика аппетит, спрятался он под ветку и ну ушами шевелить. Так и сидел, пока не понял, как это хорошо – храбрым быть. И уж до того захотелось ему поскорее храбрецом стать – об осторожности забыл. Налево, направо не посмотрел, а сломя голову выпрыгнул из укрытия да и кинулся ёжика искать. Чтобы спросить, как храбрость тренируется. С помощью каких упражнений. Однако тот словно сквозь землю провалился. И тут заметил зайчик дятла.

– Эй, дятел, ты ёжика не видел? – прокричал трусишка.

– Не видел.

– А вдруг?..

– Некогда мне по сторонам глазеть, – пробурчал дятел. И ну по стволу стучать!

– Но тебе сверху всё видно, – продолжал настаивать зайчик.

Перестал дятел старую ель долбить и к трусишке повернулся.

– Это бездельники всё видят. А мне работать надо. Деревья от жучков спасать.

И как принялся работать, аж щепки в разные стороны полетели.

Поскакал зайчик дальше. А лес большой. Чтобы его обойти, не один день нужен. Однако трусишка обо всех заячьих делах забыл! Наверное, из-за этого начал он сам с собой разговаривать. Уткнётся носом в землю, идёт и бормочет:

– Стану храбрым, тогда держитесь, волк да лиса!

А по сторонам-то и не смотрит.

И вот когда петлял трусишка по густому ельнику, над его левым ухом неожиданно раздалось грозное рычанье:

– Эй, ушастый! Стой!

От ужаса у зайчика лапы к земле приросли. Вскинул он голову, а перед глазами – огромная зубастая пасть. Чья она, сразу и не поймёшь. А пасть хоп – и захлопнулась. И оказалось, что это – волк, собственной волчьей персоной.

– Так за что я держаться должен? – нахмурился серый разбойник.

Конечно, лучше было бы ответить, хоть что-нибудь да сказать, только зайчик будто немым стал. Но волк на него не набросился, даже лапой не пошевелил, зато громко прорычал:

– Говори, а то хуже будет! – и зубами клацнул для пущей убедительности.

Уж до того заяц испугался, что невпопад как запричитает:

– Мои бедненькие, несчастные лапки! Такие славненькие, шустрые…

– Убежать не думай! – перебил его волк.

– И думать не могу!

– Тебя думать никто не просит, – разозлился разбойник. – Ты говори скорее! Я ждать не люблю.

И приставил своё порванное ухо к заячьему носу. Тут трусишка совсем голову потерял, и лапы у него сами собой скакнули. И очень это у них неудачно получилось, так как прыгнул он не в сторону, а прямо на волка. Тот оцепенел на мгновение, зайчик же от волчьего загривка оттолкнулся и – стрелой в заросли, только ветер в ушах засвистел.

Прыгал трусишка, прыгал и допрыгал до ручья. Смотрит, а невдалеке трудолюбивые бобры плотину строят.

– Уважаемый бобёр, – обратился он к бобру, который к ручью берёзу тащил, – Вы ёжика не видели?

Очень зайчику не понравилось, как бобёр, головы не повернув, ответил:

– Ты что, ушастый, не знаешь – посторонним на стройке ходить нельзя!

Хотел было зайчик обидеться да вовремя вспомнил: на обиженных воду возят. Поэтому лишь сморщился. И за бобром поспешил.

– Мне ёжик нужен срочно-пресрочно.

– Спешить – делу вредить, – нравоучительным тоном произнёс бобёр. – Но лучше скакал бы ты, заяц отсюда!

Ах как захотелось трусишке сказать бобру что-нибудь этакое! Чтобы тот впредь не задавался. Но что поделать?! Обидишься – ёжика не найдёшь. И он вновь подступил к бобру.

– Так ёжик здесь не пробегал?

Однако бобёр вопроса словно не услышал. И лишь когда берёза в воду бултыхнулась, к зайчику повернулся.

– Технику безопасности сначала выучи! А то дерево упадёт – лапу перешибёт…Что делать будешь?!

Вздрогнул трусишка и закружился, глядя: не падает ли сверху чего? А когда убедился, что всё в порядке, бобра уже и след простыл.

Повздыхал зайчик немного, у ручья посидел и снова на поиски пустился. А как до большого пня допрыгал, захотелось ему кувыркнуться. Прыгнуть-то он прыгнул, вот только почему-то в воздухе повис. И не поймёшь сразу, что случилось. Потому как голова вертеться перестала. Скосил зайчик глаза в сторону, а за спиной – непонятное пятно. А потом это пятно отодвинулось и оказалось рыжей лисой, которая зайца за уши поймала.

– Совсем нюх потерял? – возмутилась лиса. – Носишься как угорелый! К старшим никакого уважения. Ну, что молчишь? – И так как зайчик промолчал, продолжила. – А я слышала, ты очень разговорчивый…

– Неправда! – задрыгал задними лапами трусишка.

– Хочешь сказать – меня обманули?

– Да! – пискнул зайчик, но потом спохватился. – Нет-нет!

– То-то же! А теперь рассказывай, что волку про меня говорил.

Уж до того странными лисьи слова были, что у трусишки хвостик мелкой дрожью задрожал. Хотел зайчик головой помотать, но лиса держала его крепко, поэтому он чуть слышно простонал:

– Ни-ни-ничего!

Однако плутовка вкрадчиво пропела:

– Да ты не бойся, зайчуганчик! Ты только скажи…

Удивился трусишка, даже о страхе забыл.

– Я про тебя ничего не знаю. Разве лишь о том, что ты любишь…ты любишь…Ой!

Словно соглашаясь, лиса прикрыла глаза и облизнулась, затем плавно повела плечиками и вдруг резко тряхнула пленника:

– Давай, выкладывай! Это же интересно, что заяц про меня сказать может.

Всеми четырьмя лапами замахал серый пленник. Но лиса недоверчиво улыбнулась. И её улыбка была такой, что трусишке захотелось оказаться на другом конце леса.

– Ой…пусти…ой…осторожно…лиса…ты…ой – вымолвил он и крутанулся.

А ухо-то – раз, и из рыжей лапы вывернулось. Едва почувствовав свободу, припустил зайчик так, что его задние лапы чуть передние не обогнали. И лишь когда устал до смерти, остановился и в траву плюхнулся. И глаза закатил. Смотрит, а вверху, на дереве, – любопытная белочка.

– Эй, белочка! Ты ёжика не видела? – прохрипел трусишка.

– Видела. Он на этой поляне гулял сегодня, – ответила белочка и в дупло спряталась.

Встрепенулся зайчик, а вокруг – никого. Тихо и спокойно. Поэтому он опять на землю опустился и глаза закрыл. Да и уснул случайно. Проснулся трусишка потому, что почувствовал, как его толкнули. И вместо того, чтобы дёру дать, подпрыгнул и лапами замахал. А как увидел, что внизу ёжик стоит, ещё шустрее махать стал. Кому охота на колючки приземлиться?! Хорошо, ёжик догадался чуть в сторону отойти. А то ой что бы было!

– Ты не только трусливый, ты ещё и беспечный! – воскликнул ёжик, едва приятель на земле оказался. – Это же надо, так крепко спать!

– А я тебя повсюду ищу, – выпалил, приподымаясь, зайчик.

– Что меня искать? – удивился ёжик. – Где грибы, там и я, – и хотел дальше идти.

Но трусишка загородил ему дорогу.

– Вот ты, ёжик, утром сказал, что надо храбрость тренировать! – напомнил он. – А как она тренируется, сказать забыл.

Поводил носом колючий советчик из стороны в сторону и признался:

– Я так сказал, вообще…

– А надо – конкретно! – потребовал зайчик. – А то за мной волк с лисой гонятся. И ведут себя очень странно! Требуют, чтобы я им сказал… А что, не говорят.

От этой нехорошей новости ёжик чихнул, затем начал сопеть, и сопел до тех пор, пока не вспомнил:

– Живёт в лесу одна сова…Ну очень мудрая особа… Давай к ней сходим! – И так как у трусишки глаза от страха округлились, добавил. – Мы же к ней по делу идём. А если с кем советуешься, он тебя не обидит.

Страшно было зайчику к совиному дуплу приближаться. Он себя только тем и подбадривал, что не один идёт, а с защитником.

– А ты точно не боишься? – без конца спрашивал трусишка, и ёжик неизменно отвечал:

– А чего мне боятся?! С моими-то колючками.

И вот когда зайчик почти успокоился, когда вспомнил, что забыл поужинать, в темноте вспыхнули два жёлтых круга, и глухой голос недовольно спросил:

– Это ещё что за делегация?!

– Это не делегация! – обрадовался ёжик. – Это я – ёжик. И зайчик со мной…

– Вижу-вижу…– отозвался голос. – Уж не тот ли это зайчик, которого волк ищет?

– За что?! – завопил трусишка. – Я ему ничего плохого не сделал.

– А кто через бедного волка перепрыгнул? Да после этаких прыжков у серого никакого авторитета не останется.

И жёлтые круги исчезли. В небе замигали весёлые звёздочки. Где-то вдалеке резко вскрикнула ночная птица.

– И лиса этого прыгуна тоже видеть желает, – вновь открыла глаза ночная советчица.

Поник трусишка, ухом глаза потёр и к дереву прислонился. Зато ёжик шажок вперёд сделал и попросил:

– Уважаемая сова! Вы такая мудрая! Вы всё знаете! Помогите зайчику! Подскажите, как храбрость тренируется!.. А то я что-то забыл.

– О-хо-хо! – ответила сова, и жёлтые круги стали похожи на перевёрнутый месяц. – Зачем зайчику храбрость? Храбрость зайчику не поможет.

– Я погиб! – всхлипнул трусишка.

– Без паники, пожалуйста! – заявила сова. – Терпеть не могу нытиков.

– Что же зайчику делать?! – воскликнул ёжик.

Снова раздалось о-хо-хо, затем сова потребовала:

– Помолчите!

Стало тихо. Ёжик, чтобы было легче молчать, свернулся в клубок. Даже далёкая птица перестала вскрикивать. И тут зайчик понял, как чудесен лесной воздух. А ещё подумал о том, что дышать ему осталось совсем чуть-чуть.

– Неужели нельзя спасти ушастого? – не выдержал долгого молчания ёжик.

Однако сова не ответила. И лишь когда друзья решили, что, видно, пора уходить, произнесла:

– Быть храбрым – хорошо. Но ещё лучше – быть умным.

– Я пока храбрым не стал, а мне уже ум тренировать надо, – огорчился трусишка.

Но сова пропустила эти слова мимо ушей.

– Волк ищет зайчика для того, чтобы узнать, за что ему надо держаться. У лисы тоже, о-хо-хо, не кулинарный интерес. Так что стоит подумать... И вообще, думать очень полезно…

Жёлтые круги погасли. Послышалось хлопанье крыльев. Затем снова наступила тишина.

– Улетела…– фыркнул ёжик.

– А я… А мне… – растерялся зайчик, однако прокричал. – Спа-си-бо!

Откуда-то издалека донеслось:

– Будь здоров! Ночью по лесу не бегай! И думай, думай!

Всю ночь зайчик думал. Сначала ему в голову ничего не шло. Но трусишка не сдавался. Он вспоминал всё, что слышал о волке и лисе, а также то, что они говорили ему вчера. И когда очередная умная мысль пыталась ускользнуть, трусишка шептал: «Думай, голова, думай!» И под утро его осенило. Поэтому, не дожидаясь, когда выпадет роса, выпрыгнул зайчик из укрытия и поскакал серого да рыжую искать.

Первым ему встретился волк. И хотя при виде разбойника сердце у трусишки затрепетало, он прыгнул на пенёк и громко выкрикнул:

– Стой, волчище!

Волк в недоумении оглянулся.

– Это кто посмел меня… – рявкнул он, но внезапно его голос изменился. – Зайчик?! Ты?!

– Иди-иди сюда! – помахал трусишка лапой.

На всякий случай волк зажмурился и потряс головой. Однако когда глаза открыл, вновь увидел зайчика.

– И ты от меня не убегаешь? – не поверил своему счастью волк.

– Куда бежать? – вздохнул трусишка. – Лес только кажется большим…

Конечно, ему очень хотелось броситься наутёк, и каждый волчий шаг заставлял его вздрагивать, но он стиснул зубы и ждал. И лишь когда разбойник подошёл совсем близко, немного заикаясь и дрожа, объявил:

– Так вот, волчище, знай! Ты должен за меня держаться!

Волк расхохотался.

– Это как? За хвост, что ли, тебя держать?

Когда хохот, наконец, стих, зайчик продолжил:

– В смысле, не ловить!

– Ха! Это ещё почему? – не согласился волк.

– Видишь эти кольца? – спросил трусишка и показал на пень. – Светленькое кольцо – это я. А тёмненькое – это ты.

– При чём тут пень? – перебил его волк.

– А при том…Мы с тобой – одно целое. Нельзя нам друг без друга. Случится что со мной нехорошее, и тебе не поздоровится.

Серый разбойник был озадачен.

– С чего бы это? – хмыкнул он, затем, оторвавшись от разглядывания пня, прорычал. – Ты мне зубы не заговаривай!

– Ах, не веришь? Тогда, пожалуйста! На, ешь меня!

От этого предложения у волка челюсть отвисла. А зайчик взял да и сунул ему в пасть голову. У разбойника аж глаза на лоб полезли. А трусишка быстренько отшатнулся и лапой у волка перед носом помахал.

– Только потом не говори, что тебя не предупреждали!

Никогда прежде с волком такого ужаса не случалось. Это же надо – заяц сам в пасть лезет! Поэтому когда к нему дар речи вернулся, волк громко фыркнул:

– Отодвинься, ушастик! Что-то мне заячий дух нравиться перестал.

– А мне волчий давно не нравится. Однако к тебе, волчище, я отношусь с уважением и пониманием.

Волку понадобилось время, чтобы понять, что зайчик имеет в виду. Но когда до него дошло, ему не осталось ничего иного, как сказать:

– Ты тоже, косой, классный!

Зайчик кинулся было к разбойнику обниматься, однако тот отбежал в сторону и уже из-за куста предложил:

– Лучше будем дружить на расстоянии.

Они ещё обменялись любезностями, договорились как-нибудь вместе сходить в дальний лог, затем волк сказал:

– Если кто тебя обидит, ты только скажи, – и убежал.

– Легче весь день бегать, чем пять минут с хищником разговаривать, – промолвил трусишка вслед своему новому другу.

От переизбытка чувств он сначала выбил на пне победный марш, потом уселся на пенёк и стал глубоко дышать. Но едва отдышался, едва почувствовал радость победы, как послышался сладкий лисий голосок:

– Ах ты, мой ушастенький! Ах ты, мой пушистенький! Зайчуганчик дорогулечкин!

Чтобы не позволить себе дать стрекача, зайчику пришлось в пенёк вцепиться. А плутовка подошла неспешно, обнюхала его и строго спросила:

– Что, не ждал?

– И ждал… И не ждал… – признался зайчик.

– Как ты мог?! – притворно возмутилась лиса и вдруг резко переменила тон. – Впрочем, оставим эту тему на закуску. Так какая же я?

Сделав вид, будто задумался, зайчик неуверенно промолвил:

– Рыжая.

– Правильно. А ещё какая? – улыбнулась плутовка.

– Красивая, – нашёлся трусишка. – А хвост у тебя… Всем на загляденье.

От удовольствия лиса облизнулась.

– Так-так, мой вкусненький… Продолжай!

Зайчик на мгновение зажмурился, вдохнул воздуха побольше и громко выпалил:

– Только нет в тебе загадочности…

– Это ещё почему?! – вскинулась лиса, и в её глазах появился нехороший блеск.

Если бы зайчик за пенёк не держался, то точно не выдержал, бросился бы наутёк.

– Вот все знают, что ты зайчиков любишь…

– Очень, – подтвердила лиса и опять облизнулась.

– И потому за мной бегаешь, – испуганно прошептал трусишка. Затем поднялся на задние лапы, хлопнул ухом об ухо и скороговоркой произнёс. – А вот если ты не будешь меня преследовать, то жители лесные удивятся.

– Ещё бы, – согласилась лиса и покрутила лапой у виска. Однако зайчик не позволил сбить себя с толку и продолжил:

– И скажут: какая у нас лиса непонятная. Не лиса, а загадка. Хотя я-то давно понял, что ты – самая таинственная, загадочная и непостижимая лиса в нашем лесу. Нет! Во всём мире!

– Хорошо, зайчуганчик, говоришь, – ласково промурлыкала лиса. – Прямо в душу лисью смотришь. Может, и не заяц ты вовсе? А такой маленький, серенький лисёнок? Ну, признайся!

Вопрос был очень интересным и, само собой, неожиданным, поэтому зайчик задумался. Однако ответ нашёлся неожиданно быстро.

– В каждом из нас живёт и лисёнок, и зайчонок.

– То есть мы родня?! Я угадала! – восторженно воскликнула лиса.

Чтобы было удобнее смотреть на нового родственника, она наклонила голову набок, но тут из-за пня появился колючий клубок. Подкатившись к плутовке, ёжик крикнул:

– Лапы прочь от зайца!

– Ты ёжик что, грибов объелся? – возмутилась лиса. – С какой это стати я моего дорогулечку обижать буду?

– Что??? – не понял ёжик.

А лиса взмахнула хвостом, пропела:

– Вот звери! Поговорить не дадут! Ладно, зайчуганчик, бывай! В гости заходи! Ты мне ещё не всё сказал….о том, какая я красивая! – и убежала.

С тех пор зажил зайчик припеваючи. Может, бояться он и не перестал, зато думать научился. И потому умным стал. А умные, они знают, как правильно вести себя надо. И если с опасностью столкнутся, то обязательно что-нибудь да придумают. Так-то вот!

http://www.skazk.ru/catalog/authors/sokolova-elena/skazka-kak-zajchik-umnym-stal-8401/